библиотека "Виктория"

Часть 1 | Часть 2 | Часть 3

РОБЕРТ КИЙОСАКИ

ЕСЛИ ХОЧЕШЬ БЫТЬ БОГАТЫМ И СЧАСТЛИВЫМ НЕ ХОДИ В ШКОЛУ? (I)

Надежная гарантия жизни Для Вас и Ваших Детей
Copyright (с) Роберт Кийосаки, 2001

"Прочтя книгу, все что я увидел и прочувствовал в своей рабочей жизни, откликнулось - наконец-то! Роберт дал мне надежду и пробудил мой дух к действию. Это ободряющий мозги коктейль, и я хочу еще"
Гидрогеолог

"Наконец-то кто-то разоблачил существующую систему образования. Когда выйдет следующая книга?"
Студент

"Как родитель четырехлетнего ребенка и учитель младших классов, я не могу поверить в истинность таких заявлений. И я только удивляюсь, почему я не вижу всего того, о чем здесь сказано - может быть я величайший продукт системы..."
Школьный учитель

"Читая эту книгу, я пришел в ярость, я разволновался и расстроился, и у меня в конце концов осталось большое желание узнать больше."
Владелец небольшого бизнеса

"Блестящее воплощение значительной части моего 30-летнего учительского опыта".
Розничный торговец/учитель

"Я сталкивался и с этими учителями, и с этими проблемами системы образования многие годы. Автор подтвердил в своей книге все то, что я говорил в течение ряда лет - невероятная книга".
Финансовый проектировщик

"Очень просвещенно и в русле наших мыслей и опыта последних нескольких лет по всем изложенным аспектам".
Женатая пара-учителя

Эта книга написана для того, чтобы дать компетентную и надежную информацию относительно одной интересной темы. Однако, читатель должен знать. что автор и издатель не заняты в юридической, финансовой или другой профессиональной сфере.

Законы и методы часто изменяются от государства к государству, и если вам требуется юридическая или другая помощь необходимо обратится к услугам профессионала.

Автор и издатель не несут ответственности за последствия использования или применения материалов данной книги.

Хотя книга основана на истинной истории, некоторые события в книге были изменены для образовательного.

СОДЕРЖАНИЕ

Вступление
1 Прокладывая новый курс
2 Основная ошибка образования
3 Кем ты хочешь стать, когда вырастешь?
4 Мой ребенок прекрасно справляется
5 Где моя зарплата?
6 Если я знаю ответы на все вопросы, зачем мне думать?
7 Деньги есть зло
8 Что есть финансовая защищенность?
9 Кто назвал женщин слабым полом?
10 Обучая людей быть бездумными попугаями
11 Быть правым, ошибаясь
12 Не Бог создал тупых людей, их создала наша система образования
13 Почему большинство людей умирает бедными
14 Как богатые люди могут быть бедными
15 Когда 1 + 1 не всегда означает 2
16 Это не учителя
17 Мужество, необходимое для осуществления перемен
18 Вапакунунк фактор
19 Как стать богатым при маленьком бюджете?
20 Я заслуживаю повышения
21 Кто виноват в бедности?
22 Отучайтесь от старых уроков, которые тянут вас вниз
23 Если бы я мог изменить школы
24 Должен ли я посылать своего ребенка в школу?
25 Что говорить детям
26 Научитесь принимать свою гениальность

ВСТУПЛЕНИЕ

Для нашего общества в целом и в особенности для нашей системы образования пришло время перестать играть в победителей и побежденных с нашими детскими мозгами, сердцами и нашим экономическим будущим.

Во время своего школьного обучения большинство из нас было нацелено не на систему образования, а на систему самоустранения - и такое положение дел к сожалению сохранилось до сегодняшнего дня.

Вместо того, чтобы помочь развить в нас все самое лучшее, система вынуждает нас противостоять друг другу в жестокой борьбе, в которой выживают лишь те, кого признала самыми пригодными, В этой системе менее 15% из нас могут быть признаны победителями. Остальные испытывают постоянно уменьшающееся чувство собственной значимости.

Вместо уверенности, что приобретенные навыки помогут преуспеть в жизни, слишком многие из нас выходят из школьных стен искалеченными и измученными. И что еще хуже большинство совершенно не готово к жизненным испытаниям. Неужели мы хотели бы увековечить такую модель поведения для наших детей и для последующих поколений.

В этой игре победителей и побежденных, в которую мы все неизбежно вовлечены, даже так называемые победители терпят фиаско, учитывая тот факт, что они живут в обществе, где реализуется лишь малая часть их человеческого потенциала. Расплата за эти мнимые победы неизмеримо велика и выражается в таких печальных аспектах нашей действительности, как финансовое давление, низкая продуктивность, преступность, эмоциональные стрессы и продолжающееся обесценивание личностного удовлетворения.

Система, которая неоднократно подвергала себя военным экспериментам, несомненно является деструктивной. В Книге Джеймса Клиэри "Военное искусство", переведенной Сун Цу мы читаем:

Когда надо вам многих убить,
Вы рыдаете после по ним,
Если вы победили в войне.
Траур праздника вашего
Не омрачит.

В течение многих поколений мы именно этим и занимаемся - но времена меняются. Перемены должны начаться с каждого из нас. Мы должны забыть предыдущий образ мышления, основанный на самообмане, который калечит наши судьбы. В процессе этого мы станем более успешными и обеспечим нашу молодежь моделями, которые помогут им добиться успеха во взрослой жизни.

Наше возрастающее невежество по поводу того, что мы как личности собой представляем и через что нам придется пройти, чтобы устранить для себя последствия ущербной системы образования отфильтрует в конечном итоге наше общество. Если мы ничего не делаем, мы по крайней мере, можем влиять на мир, преодолевая собственные проблемы. Успех, который в итоге придет к нам, несомненно будет иметь влияние на общество в целом и на нашу образовательную систему в особенности.

Те из нас, кто непосредственно занимается образованием - родители, учителя, администрация, добровольцы, опекуны, имеют больше возможностей. Мы можем трудиться изнутри, создавая необходимые условия для изменений. Мы можем помочь детям развить их врожденные способности и таким образом они смогут разорвать этот порочный круг победителей и проигравших раз и навсегда.

Цель этой книги в том, чтобы пролить свет на то. как влияет система образования на наши индивидуальности, и как она сегодня отражается на молодых. Необходимо прояснить, почему представляется такой сложной задача перемены образовательной системы и самих себя, и что мы сможем сделать в этом направлении даже при малейших усилиях со стороны каждого.

Центром внимания этой книги, как вы сможете убедиться, являются деньги. И этот центр фундаментален, В нашем обществе знание того, что есть деньги, совершенно необходимо. Без этих базовых знаний все, чему мы обучаемся в школе, не может быть применимо в жизни. Предлагая структуру современного общества, отсутствие этой информации сравнимо с отсутствие информации о сельскохозяйственных навыках в исключительно аграрной стране,

Я убежден в том, что первейшей обязанностью нашего общества является обучение людей базовым навыкам успеха, процветания и благополучия. Судя по исследованным мною материалам, у нашей образовательной системы впереди долгий и многотрудный путь, который ей придется пройти прежде, чем она сдаст тест на пригодность. Во многих школах студенты получают высший балл, оканчивая двенадцатилетний, шестнадцатилетний и более курс обучения, не имея никакого представления о главном факторе выживания и процветания в нашем обществе. Более того, они не имеют навыков кооперации и доброго сотрудничества, которые нам необходимы, если мы хотим создать более совершенное общество.

Перед миром взрослых стоит сейчас две задачи: во-первых, преодолеть те печальные последствия системы образования, которые все еще отражаются на нашей жизни, и, во-вторых, сделать все возможное для изменения существующей системы образования в интересах подрастающего поколения. Я верю, что мы все заслуживаем успеха в жизни и более счастливых детей, окружающих нас. Я верю, что мы заслуживаем создания нового общества, способного обучаться постоянно. Я за то, чтобы каждый из нас раскрыл свой величайший потенциал. Я за экономическое процветание всех, а не нескольких. Я за искоренение преступности и бедности. Я за сохранение чистоты окружающей среды. Я за мир. Этим идеалам отвечают задачи этой книги, задачи, которые начинаются с образования наших собственного и следующих поколений.

Давайте начнем. Давайте начнем прямо сейчас и у нас все получится.

1. ПРОКЛАДЫВАЯ НОВЫЙ КУРС

"Все вообще бывают загипнотизированы инфантилизмом культуры их взращивающей. Развенчание этого мифа и просвещение являются основными задачами взрослой жизни".
Вильям Xарман и Говард Райнголд

Давайте представим себе на минуту, что мы путешествуем во времени и оказываемся в будущем, на 200 лет опередившем наше время. Итак, мы только что прибыли на форум, где почтенное собрание ученых обсуждает период истории, известный им как наш XX век. Это время представляется этим ученым мужам просто поразительным.

Дискуссии продолжаются уже много дней. Изучены обширные материалы, просмотрено множество видеопленок и документов. Встает один из ученых и обращается к остальным: "Ну что ж, это исследование было очень поучительным, но я несколько сбит с толку".

"Что же вам непонятно?" - спрашивает председатель.

"Может ли быть действительно истинным тот вывод, который я сделал в результате изучения всех имеющихся фактов. Неужели в годы экономического беспорядка, в 90-е годы, система образования не была поставлена перед настоятельнейшей необходимостью перемен, как основных требований времени? Ведь она не выполняла того, что должна выполнять, чтобы оправдать свое существование в обществе, а именно - она не смогла обеспечить людей знаниями и умениями, необходимыми для решения проблем того времени."

Ученые молча кивают головами. Первый ученый продолжает: "Их общество не смогло обучить людей принципам существования денег, тогда как эти принципы были им жизненно необходимы для выживания в системе! Они только обучали своих людей определенным профессиям, которые вскоре становились устарелыми и ненужными. Да ведь это похоже на первобытную охоту и сбор растений, когда общество не научило людей, где искать растения для пищи или как выслеживать птиц и других животных, которые обеспечили бы их мясом."

Ученые снова молча кивают головами: "Если не система образования учила людей финансам, кредитам и инвестированию, то кто же?"

Второй ученый, который детально изучил этот вопрос, ответил не задумываясь: "Банки и все имеющиеся финансовые институты выполняют эту роль".

Первый ученый с недоверием качает головой: "Вы хотите сказать, что организации, наживающиеся на их ошибках и незнании и являющиеся в конечном итоге ответственными за развал экономики, и были их учителями?"

В зале поднимается ропот. Ученые обмениваются комментариями, они вынуждены согласиться с таким положением дел, не смотря на всю его неправдоподобность.

"Это напоминает проводы овец на бойню". - замечает один из присутствующих.

"Или как, если слепой ведет слепых", - замечает сидящая рядом с ним дама.

"Или что-то среднее между тем и другим", - комментирует их сосед.

Ученые посмеиваются, находя это забавным и в то же время сознавая трагический смысл этих открытий.

После долгой паузы первый ученый бросает на всю группу растерянный взгляд. "Что остается для меня самым непостижимым, так это то, что учителя в то время наказывали детей за ошибки. И массы при этом не возмущались. Возможно ли чтобы они не знали, что этим самым они надумают фундаментальные основы и принципы обучения?"

Воцарилась глубокая тишина. Все слишком хорошо знали, что именно это и происходило. Наказывая детей за честные ошибки, которые неизбежно сопровождали процесс обучения, они закрыли дверь для их самоутверждения, отнимая у них надежду на будущую удачную и счастливую жизнь. Тишина, повисшая над почтенной аудиторией свидетельствовала о тревожном согласии каждого из присутствующих.

"Боже мой! Они же были самыми настоящими варварами!" - сказал кто-то, выражая чувства каждого сидящего в зале.

* * *

Эта краткая притча из будущего иллюстрирует печальную реальность современного мира. Она преподносит ту правду, с которой и вы, и я, и каждый из наших близких сталкивается прямо сейчас.

Все те, кто чувствует неполноценность собственной жизни, являются участниками этого кошмара, который аллегорично выведен в притче. Этот повседневный кошмар отнюдь не следствие нашей ущербности, он - порождение нашей системы образования при поддержке общества в целом, обучающей не тому, как преуспеть, а тому, как не иметь успеха.

Должен заметить, что это весьма печальная картина. Но я нарочно набросал ее в таких мрачных тонах для того, чтобы пробудить в умах оправданную тревогу и дать шанс пробудившимся прямо сейчас начать изменять курс истории, начиная с себя.

Теперь, когда вы знаете плохие новости, позвольте мне рассказать вам хорошие. Хорошие новости заключаются в том, что прочтя эту книгу и позволив тем принципам, которые вы в ней отыщите руководить вашей жизнью, вы сумеете исправить неудачи, которые вас преследуют. На этих страницах вы обнаружите то, что тысячи уже обнаружили до вас: вы сможете создать ту жизнь, какую хотите вы и о которой вы мечтали для себя и своих близких.

Эта книга снимает покров с некоторых устаревших догм о нашей жизни. На этих страницах вы узнаете, почему многие ограничения, которые вам казались свойствами жизни, не являются таковыми. Вы обнаружите, что причины разочарований и расстройств не в наших недостатках, а в недостатках образования, которое обещало дать вам путеводитель к успешной жизни, но дало противоположное.

Не стоит конечно принимать эту книгу за путеводитель неудачника. Моя цель совершенно иная. Вы найдете здесь новый современный путеводитель, ведущий вас не по лабиринту с бесконечными тупиками, а по нормальной хорошей дороге, к достатку и счастью, о которых вы только могли мечтать.

Зерна неудач в детских головах, посеянные нами.

Зерна неудач засеваются в наших мозгах с самого раннего возраста. Чаще всего они заключаются во фразах, которыми мы постоянно пользуемся: "Будь хорошим". "Делай так, как тебе говорят", "Нет, ты неправ", "Вот это правильный ответ", "Не делай ошибок", "Если будешь хорошо учиться, то в жизни тебя ждет успех".

Будучи маленьким ребенком, желающим угождать и нравиться, вы все выполняли отлично. Но глубоко в недрах нашей плодородной дуги скрыты семена, унаследованные с рождения и включающие в себе весь ваш личностный потенциал. Они ожидают солнышка и дождика и заботливого садовника, который взрастит их, лишь они дадут побеги. Но спустя тридцать лет обнаруживается вдруг, что лишь редкие из них расцвели. Многие завяли, проросли глубоко внутрь и породив лишь гнев, изумление и боль. И жизнь превратилась в безрадостную пытку в череде бесполезных лет.

Почему? Потому что вы сфокусировали внимание только на том, что выучили, только на том, что вам задавали. Здравый смысл должен вам подсказать, что это не такая уж большая часть знаний, а зачастую и не самая главная.

Значительно позднее мы обнаруживаем, что некоторые из тех нежных ранних всходов трансформировались в вирусы, чьи болезнетворные симптомы опутали всю нашу жизнь. Мы обречены вечно блуждать в чумном тумане самообмана, если только не проснемся и не научимся самих себя спасать.

Нам нравится думать, что образование облегчает нам жизнь. Для некоторых из нас это действительно так. Но для большинства - нет. Мы приучены к тому, что если человек хорошо учится в школе, то и в жизни все будет так же хорошо. И горькая ирония скрыта в том, что обучение в школе в действительности глушит нашу внутреннюю способность к достижению финансового благополучия и счастья.

В нашем обществе растет количество людей, зарабатывающих меньше, достигающих меньшего и изуродованных в погоне за счастьем не потому, что они учились, а потому, что были хорошими учениками. Наша система образования учит людей быть неудачниками в жизни, и неудача, как чума, поражает даже тех, кто заканчивал школу лучшими среди лучших.

Я знаю - это противоречит общепринятому мнению. Многие могут спросить, как это успех в школе может привести к неуспеху в жизни. Очень просто: влияние того, чему нас учат в школе, не проявляется в жизни человека где-то до тридцати пяти лет. Не имеет значения, были ли вы отличником или отставали в учебе, учились в частной или государственной школе. И не важно, бросили вы школу или защитили докторскую диссертацию в самом престижном университете. Молчаливые, коварные вирусы современное образования поражают почти все стороны вашей жизни, длительное время после школы.

Негативное влияние системы образования поражает людей среднего возраста, названным Алвином Тоффлером "Первой Волной", Старая система хороша для стабильного, не склонного к переменам общества, в котором средняя продолжительность жизни составляла 40 лет. Но она совершенно не подходит для современной динамичной жизни, где средняя продолжительность жизни практически удвоилась. Имеющаяся общеобразовательная система была, нацелена на удовлетворение потребностей фермерских семей. Обучение проходило в I половине дня с тем, чтобы дети имели возможность помогать своим родителям по хозяйству. И когда летом наступал пик фермерских работ, школа закрывалась на летние месяцы. Факт, что наши школы все еще придерживаются того расписания, когда дети возвращаются со школы домой за много часов до окончания работы родителей, и в том, что дети уходят на каникулы летом, когда почти отсутствуют надзор взрослых. Как результат мы получили общество равных, в котором дети растят детей. Они лишены величайшей мудрости и опыта, благодаря которому личность может развиться и стать по-настоящему взрослой.

Это всего лишь беглый взгляд на "огреху" общественного образования. Этот мир кардинально изменился с начала XIX века, но только не образовательная система.

Как мы можем охарактеризовать наши школы?

Мы не можем судить наши школы с точки зрения успехов и неудач, постигших нас с первого и до последнего дня обучения. Вместо этого мы должны попытаться оценить их пользуясь критерием жизненности. Мы должны задаться вопросом: "Как мое образование помогло мне в жизни? Могу ли я оглянуться на прожитые годы с чувством удовлетворения и гордости? Могу ли я честно сказать, что мое образование помогало мне прожить полноценную жизнь? Научило ли оно меня тому, как сделать мир лучше? Прожил ли я жизнь, занимаясь любимой работой? Заработал ли я достаточно денег для содержания себя и своей семьи? Научило ли меня образование навыкам и умениям, которые помогли мне получать удовольствие от жизни? Вы вынуждены согласиться, что по всем этим вопросам и ответам на них наши школы являются абсолютной неудачей, провалом нашей жизни.

Наряду с достаточным количеством людей, наслаждающихся высокими жизненными стандартами, существует еще большее число тех, кто не удовлетворен профессиональной карьерой и страдает материально. Наблюдая современные тенденции в обществе, мы сталкиваемся с тем фактом, что количество безработных и бездомных постоянно возрастает, равно как и живущих на правительственные дотации, едва сводящих концы с концами. Увеличивается количество людей, впавших в отчаяние среди разбитых надежд и несбывшихся чаяний и желаний. Причинами всего этого являются архаичные методы системы образования, которые словно раковая опухоль расползаются на обширной территории благодатного человеческого потенциала.

Наша система образования сеет семена неудачи, крушения надежд и финансовой подавленности в обществе, которое не позволяет развиться истинному потенциалу человека. Старомодные методы образования глубоко проникли в нашу жизни и сформировали имидж неуспеха.

Семена неудачи, ограничивающие успех, продолжают насаждаться в умах наших даем. И наши дети знают об этом. Они ежедневно наблюдают несоответствие того, чему их учат в школе и того, что они наблюдают в реальной жизни. Почему Мадонна зарабатывает 20 миллионов долларов в год, а профессор университета только 25 тысяч?

Мы смотрим на эти очевидные противоречия и понимаем: "что-то не так в том, чему нас учат". Мы перестаем верить в миф о том, что образование - дорога к успеху, а те молодые люди, которые задумываются над своим будущим, теряют уважение к школе. Они оставляют попытки и уходят из школы. В конце концов с позиции зарабатывания больших денег школьные годы без сомнения представляются напрасной тратой времени.

К этому моменту, я надеюсь, вы уже готовы задать несколько пробных вопросов. К примеру таких, как: "Каковы последствия отрицательного опыта системы образования в целом на нашу жизнь? И как те вещи, которые мы изучили в школе, способны разрушить врожденную способность быть успешным и полностью реализовать свой великий потенциал?"

Вы могли бы прямо сейчас стать жертвой небольшого курса обучения, кроящегося в предложенных сценариях, если они конечном напоминают вашу ситуацию,

  1. Плато дохода. Вам не достает способности увеличить свой доход, хотя вы хотите купить дом, заплатить за образование ваших детей, отложить деньги на старость или оплатить медицинские счета. Вы можете работать дольше и упорнее, но растущие потребности вашей семьи уходят все дальше от ваших реальных возможностей.
  2. Плато продвижения. Вы начинаете замечать, что люди моложе вас продвигаются в своей карьере быстрее, нежели вы всегда это делали. Ваш новый начальник уступает вам в возрасте и нанят компанией со стороны.
  3. Профессиональная непригодность. Вы усердно трудились, приобретая нужные вам навыки, или профессию. Но неожиданно надобность в специалистах вашей квалификации резко снизилась или резко увеличилось количество вашими навыками и профессией и резко снизило вашу значимость на рынке труда.
  4. Правильная лестница. Неправильная стенка. Вы тщательно спланировали свой карьерный рот и посвятили свою жизнь одной компании. Ваша лестница к вершине корпоративной структуры достаточно прочная, но есть одна большая проблема. Стена, на которую вы поместили свою служебную лестницу оказалась слишком хрупкой.
  5. Низкая оплата и любовь к работе. Вас удовлетворяет ваша работа, но вашей семье нужен более высокий доход. Вы постоянно подавлены от сознания своей неплатежеспособности и испытываете чувство ягненка, предназначенного для жертвоприношения. Вы часто слышите, как говорят: "Деньги - это еще не все". А между тем вы и ваша вторая половина просыпаетесь среди ночи с мыслями о том, где взять деньги, чтобы заплатить по счетам. Вы испытываете чувство вины от того, что не можете обеспечить лучшую жизнь своим детям. И вы знаете, что ваша старость будет кошмаром, а вовсе не тем, чем, как вас учили, она должна быть.
  6. Высокая оплата, ненавистная работа. Три типа людей подпадают под эту категорию. Но все они разделяют одно мнение, характеризующееся следующими утверждениями: "Я не могу себе позволить бросить" или "Я делаю это ради детей", "Еще только несколько лет и я брошу это. Это не может долго продолжаться".
    Первый тип - это синдром проститутки. Если вы член этой группы, то жертвуете своим телом, своей душой и умом ради денег. Вы не заботитесь о том, что делаете пока это приносит вам много денег.
    Второй тип немного посложнее. Это группа "потерявших интерес". Если вы ее член, вы можете делать неплохие деньги на том, что вам когда-то доставляло удовольствие. Единственная проблема в том, что ваши интересы поменялись. Многие профессионалы принадлежат к этому клубу. Вы скорее всего ответственны, были успешны в школе и сделали свой выбор профессии достаточно рано. Может быть вы доктор, дантист, экономист или юрист. Вы пошли в колледж уже с сформировавшейся идеей будущей профессии. Затем миновали возрастную отметку тридцатилетия и ваши интересы начали меняться. Часто это происходит как раз тогда, когда вы находитесь на пике карьер и ваш доход растет.
  7. Низкая оплата, ненавистная работа. Сюда входят лица, наиболее пострадавшие от порочной системы образования. К сожалению, эго возможно наиболее многочисленная группа, существование которой подтверждает остроту, проблемы и необходимость ее незамедлительного разрешения. Эти люди тратят свои жизни на работу, которую они ненавидят и за которую получают недостаточную компенсацию. Часто называемые "работающими нищими", они живут на одну ступень выше рабства. В этой книге будут приведены примеры, иллюстрирующие, насколько система образования ответственна за формирование этой большой группы.
  8. Многолетние новички. Когда продвижения не происходит так быстро, как бы им хотелось или мечты тотчас не материализуются, жизнь для этой группы людей становится скучной. Они становятся безынициативными и решение своей проблемы находят в возвращении к обучению. Не важно, как часто они возвращаются назад, важно то, что они так никуда и не приходят. Если вы член такой группы, то единственную вещь, которую вы в состоянии предъявить, как результат всех ваших усилий, это стена, увешанная различными степенями и сертификатами об образованиях, а также растущий список разочарований.
  9. Выигрывающие в будущем в лотерею. Для этой группы мало-мальски существенное финансовое планирование начинается с лотереи, бегов или казино. Психологи говорят о том, что чем меньше уверенности в собственной удачливости, тем больше соблазна поиграть с судьбой в рулетку. Это не означает разумеется, что удачливые люди не рискуют. Как раз наоборот, они наиболее яркие представители группы риска. Как заметил Чарльз Гарфильд в своей книге "Вершина представления: Обучение ментальным техникам величайших мировых атлетов", наше величайшее достижения заключается в подготовке способных к риску людей. Хотя на риск они идут лишь в том случае, если он сродни их страсти.
    Вы член общества выигрывающих в будущем в лотерею, если вы надеетесь, что в вашей жизни удача вам улыбнется лишь улыбкой большого джек-пота в казино, выигрышным билетом государственной лотереи или на бегах. Вы без сомнения член этой группы, если верите, что ваш единственный шанс реализовать заветную мечту кроется в будущей неожиданной удаче. Нет способа узнать наверняка, как много людей были пойманы в эту ловушку, но судя по количеству туристических автобусов, выстраивающихся в колонны на улицах Лас-Вегаса и Рено каждый выходной, самый дотошный подсчет перевалил бы за миллионы. Интересно заметить, что увеличивается не только количество разнообразных государственных лотерей, но также и размеры выигрышных сумм. Ирония заключается в том, что чем более подорвана экономика, тем больший выигрыш может получить лотерейный игрок в случае выигрыша.
  10. Преступники. Существуют уличные преступники и белые воротнички. Преступные белые воротнички хорошо образованные, жадные люди, работающие в важных бизнес сферах и в правительстве. Как показал публичный финансовый и сексуальный скандал 1980 годов, разоблачивший Джимми Сваггарта и Джима Беккера, плуты и мошенники есть даже в религиозных сферах. Нет сомнения в существовании людей, осознанно избирающих преступление своим образом жизни, распространяющееся на их карьеру и ведущее на скамью подсудимых. Как там ни было, но мы так же знаем, что отчаянье толкает многих невиновных на преступную стезю. Трагедия в том, что если бы люди только знали, как на самом деле несложно делать деньги, мы бы едва отыскали бы с десяток преступников в целом мире. Образование могло бы быть величайшим препятствием на пути к преступлению. Как вы уже прочитали в предыдущих главах, многое из того, чему обучают в школах сегодня действительно влияет на рост преступности.
  11. Выбор, сужающийся с возрастом. Это возможно самый коварный из долгосрочных пагубных эффектов образования. Вместо того, чтобы жизнь становилась более захватывающей с годами, открывая перед нами все больше возможностей и свобод она с возрастом беднеет. Пенсия не поспорит с инфляцией. Цена на одежду, продукты питания, простые дома и ремонт автомобилей постоянно растут, становясь основным финансовым бременем. Медицинские страховки и счета оказывают более пагубное давление на головы стареющих людей нежели на их возраст. Для этой группы людей мир начинает казаться больше, шире, дороже и опаснее. Когда они вспоминают времена своей молодости, обычно на языке вертятся-фразы типа "Если бы только у меня было..." или "Мне бы хотелось иметь...".
  12. Класс ленивых. Эта группа располагает достаточным количеством средств и времени. В основном это люди после пятидесяти. В своей книге "Возрастная волна" всемирно-известный эксперт возрастных проблем Кэн Дачвэлд утверждает, что эта группа насчитывает 60 миллионов и ее численность быстро растет. Они контролируют 70% американской недвижимости и около 7 триллионов долларов. Находясь на вершине финансового благополучия, они жертвуют в лучшем случае малую долю своих доходов обществу, которое сделало возможным их финансовый успех. Естественно, существуют тысячи выдающихся исключений людей, щедро делящихся с нашим обществом своим богатством. Но оно продолжает отчаянно нуждаться в их помощи; их знаниях и мудрости не в меньшей степени, чем в их личном времени и финансовой поддержке.
    В основном они проводят время в популярных загородных клубах и морских круизах, болтая со своими биржевыми брокерами или просматривая текущие сводки, заполняя таким образом свое свободное время - "Я сделал достаточно позвольте кому-нибудь другому решать проблемы" - вот типичный ответ представителя этой группы. Они часто дарят деньги или устраивают распродажи ценных бумаг, но от себя всегда дают слишком мало. Эта дистанция и отчуждение от общественных проблем без сомнения побочный продукт современных методов образования. Проблема, с которой мы сталкиваемся сегодня, требует денег, но еще более ее разрешение зависит от личного участия и подлинного сострадания.
  13. Живущие жизнью своих детей. Многие родители, не реализовавшие что-либо в своей жизни, перекладывают этот груз на своих детей с тем, чтобы они удачно завершили то, с чем они не справились. Многие дети, почувствовав это давление, начинают бунтовать. Они обнаруживают, что сами по себе не имеют значимой ценности, а начинают собой что-то представлять только с точки зрения своей полезности в реализации родительских надежд. Их бунт может быть выражен массой дурных поступков и пагубных привычек таких, как употребление наркотиков, преступления, секс. Они не знают, что еще предпринять, чтобы избежать давления и выразить неуловимый протест тому, чем они в действительности не являются. И ничто в арсенале современного образования не может помочь им сделать лучший выбор.
  14. Любимая работа, много денег. Это маленькая, но увеличивающаяся группа. Многие претендуют на то, чтобы в ней состоять. Но мы должны спросить, "Что же они в действительности любят? Любят ли они работу или они любят возможность заработать много денег?" И сколько из них ответят да, если спросить, "Будете ли вы продолжать вашу работу, если за нее перестанут платить?" Мы можем получить несколько убедительных "да" на этот вопрос, но значительно больше разного рода хмыканий, подтверждающих фразу "Никто не работает даром".

Мы должны признать, что ни один из этих факторов не возник неожиданно сам по себе. Эти проблемы не являются жизненными факторами которые мы просто вынуждены терпеть как одно из условий человеческого существования. Они также не являются закономерным следствием перенаселенности планеты. Они, напротив, являются результатом общепринятого общественного мнения, которое либо абсолютно ошибочно, либо зиждется на нуждах общества, которого более не существует.

Мы должны помнить, что образование, которое не учит жить успешно в современном мире, не имеет никакой ценности. Каждый из нас приходит в жизнь с врожденной способностью жить счастливо и успешно. А мы должны обогатить эту способность знаниями и навыками, которые помогли бы нам ее реализовать наиболее эффективно.

Когда наша образовательная система оказывается неспособной предоставить необходимые знания, и навыки, мы не теряем свои врожденные способности к успеху, мы просто забываем о них, становясь неспособными оценить или использовать то, что имеем. И это как раз тот самый вопрос, над которым многие из нас начинают задумываться в поисках выхода.

Есть несколько решений.

Значение образования в современном мире не вызывает сомнений. Оно приносит нам несомненную пользу, в особенности за счет различных эффективных технологий, которые во многом улучшают качество нашей жизни.

Благодаря изучению человеческого организма и факторов его здоровья мы увеличили продолжительность человеческой жизни почти удвоив ее со времен праотцов. Образование способствовало комфорту наших домов и упрочению нашего быта, значительно экономя время, которое необходимо для приготовления еды, уборки и стирки.

Проблема заключается в том, что в то время, как технологии и общество в целом претерпевали изменения, система образования оставалась неизменной. Это привело к застою общества, которое напоминает теперь источник заразы для нашего мира.

Слава богу, что теперь образование оказалось под грандиозным прессом перемен! Теперь оно либо должно измениться, либо наши проблемы будут разрастаться и углубляться.

Если необходимые перемены все же не произойдут, постоянно возрастающая часть населения рискует быть ввергнутой в непрекращающиеся страдания, патологическую неудачу, крушение надежд, финансовую пропасть и глубочайшую депрессию. Корни революции, такой, какой еще никогда не переживала эта страна, уже начинают прорастать в темную глубину будущего. И до тех пор, пока мы серьезно не обратимся к этой проблеме. И не предпримем необходимых перемен, тут корни рискуют разрушить сам фундамент нашего общества.

Беда в том, что дефекты нашей образовательной системы порождают проблему, которая представляется весьма значительной. Как может отдельно взятый человек, такой, как вы или я даже начать здесь что-то предпринимать? Ну что ж, существенным шагом, который может для начала сделать каждый из нас является осознание этого факта, переосмысление его и поиск путей решения. Надежда нашего будущего кроется в распространении, информации вроде той, которую вы прочитали на страницах этой книги. Далее надо постараться отделаться от самообмана, глубоко спрятанного в тайниках вашего мировоззрения и постоянно и во всем вас ограничивающего и начать генерировать успех ваш успех изначально присущий вашей сущности. Ваши новые успехи станут примером вдохновляющим и всех остальных.

Если вы когда-либо не спали ночами, беспокоясь о деньгах, если вы верите, что можете стать богаче и счастливее, чем сейчас, читайте дальше. Многое из того, что вы найдете на страницах этой книги удивит и даже шокирует вас. Но позвольте вас уверить, что вы здесь найдете ответы, которые помогут вам полнее реализовать свои мечты и тот потенциал, который вы знаете есть в вас.

Вы можете присоединиться к тем тысячам, которые уже прочли книгу или посетили лекции и творческие мастерские, впитали в себя новое, и это новое изменило их жизнь. Как говорится в начале этой главы, мы все загипнотизированы обществом, в котором мы родились. Во взрослой жизни нашими основными задачами становится просвещение и разгипнотизация. Итак, давайте начнем.

2. ОСНОВНАЯ ОШИБКА ОБРАЗОВАНИЯ

"Причина того. что я так много знаю в том, что я сделал так много ошибок."
Р. Вуклишстер Фулмер

Не так давно я встретил своего бывшего одноклассника, с которым не виделся с тех пор, как окончил школу. Мы выпили по бокалу пива и поговорили о своих успехах после окончания школы. Его звали Глэн и в нашем классе он был признанным интеллектуальным лидером. Он рассказал мне о том, что он посещал колледж, а затем работал на правительство. Не смотря на то, что ему нравилась его работа, в возрасте 42 лет он обнаружил, что застрял на средней позиции. Хотя он не испытывал страха потери работы, его зарплата не превышала его прожиточный уровень, и он не видел возможностей увеличить свой доход.

Глэн купил небольшой домик десятью годами раньше. Но он заметил, что теперешний его доход не позволил бы ему купить такой же. Он нервничал oт того, что не может позволить себе купить больший дом, необходимый для их увеличившейся семьи.

Он спрашивал, как я поживаю. Я не желая его ничем обидеть, нерешительно поведал о том, что я финансово защищен, а также могу отойти от дел и отправиться на отдых, если пожелаю.

Он задумался ненадолго и было очевидно, что его что-то беспокоит. Наконец он сказал: "Я не понимаю. В школе ты явно не блистал успехами, насколько я помню."

Я должен был согласиться, что все это было правдой. Действительно, я часто терпел неудачи. Единственными вещами, в которых я преуспевал, были футбол и ланч. Большинство моих знакомых никогда бы не подумало, что я способен чего-то достичь.

"Как тебе это удалось?" - спросил меня мой друг. "И почему я чувствую себя в профессиональной и финансовой ловушке, если я прекрасно успевал в школе и сейчас усердно тружусь?"

Мне было достаточно сложно ответить ему сразу. Вместо этого, я спросил, сколько лет его детям. Он сказал, что у него есть шестнадцатилетний сын, а его дочери 15.

"Мне бы хотелось поговорить с ними", - сказал я. "Мне кажется, лучше продемонстрировать мой ответ на примере, нежели пытаться что-либо объяснить".

Мы договорились встретиться через несколько недель. В день, когда мы встретились снова, я познакомился с его семьей и спросил его детей о школе.

- Какой последний тест ты писала? - спросил я его дочь.

- Тест по истории, - начала она.

- Сколько там было вопросов?

- Около ста.

- Как же ты справилась?

- Из ста я ответила верно на 85.

- Таким образом ты не ответила на 15.

- Да.

- Почему ты ошиблась в них?

- Я не знаю.

- Ты уже знаешь, в чем были твои ошибки?

- Нет. но мне это и не интересно. Меня волнуют те, в которых я уверена.

Я повернулся к Глэну и сказал: "Вот она разгадка. Детей интересует оценка, а не знания. Наша система образования учит тому, что быть правым важнее истинных знаний. Она приветствует правильные ответы и наказывает за ошибки".

"Я не уверен, что понял", - сказал Глен, пораженно глядя на меня.

"Попытайся взглянуть на это с другой стороны", - сказал я. "Это действительно важно знать неправильный ответ. Это помогает полностью понять вопрос и исправить его. Ошибки намного важнее правильных ответов."

"Я должен об этом подумать", - сказал Глен. Я должен сказать, что он был настроен скептически.

"Единственная причина того, почему я счастлив в своей жизни и никогда не волнуюсь из-за денег в том, что я научился проигрывать." - сказал я. "Вот почему я сумел добиться в жизни успеха."

Глен уставился в пустоту. Я думал, он пытался определить, серьезен ли я или по-прежнему разыгрываю шута, как я это делал в школе.

"Ты хорошо учился в школе, т. к. у тебя было множество правильных ответов по тестам, и ты получал максимальные отметки, верно ведь?" - спросил я.

- Да, ты прав.

- Ты помнишь, сегодня все эти правильные ответы?

- Нет, большинство из них не помню.

- Таким образом, тебе надо повторять время от времени эти ответы, чтобы не забывать в будущем.

- Да, без сомнения.

- Также, как и твоя дочь, ты вероятно, не отыскивал причин своих ошибок, не так ли?

- Нет, не отыскивал.

- Так чему же ты учился?

- Что ты имеешь в виду?

Позволь мне объяснить. Моя основная претензия к образовательной системе в том, что студентов не обучают тому, как добывать знания при помощи ошибок. Они запрограммированы на то, что ошибки - это плохо. В истинном же процессе постижения ошибки необходимы. Человек редко сразу имеет правильный ответ, процесс познания всегда сопровождается испытаниями и ошибками.

"Когда вы обучаетесь езде на велосипеде, вы же не садитесь и не едите сразу, а наоборот вы несколько раз упадете, прежде, чем справитесь с равновесием. Я понимаю, я делюсь с тобой практикой разбитых коленок, но разве умение не стоит боли? Умение прекрасно ездить расширило мой мир. У меня не было больше необходимости что-либо запоминать. Вы или умеете ездить или не умеете. Такой способ обучения сопряжен с крушением, но и с развитием. В чем еще изюминка, так это в том, что процесс обучения захватывающий и хочется знать все больше. Однажды, честно овладев каким-либо умением, ты становишься хозяином любого положения и чувствуешь себя превосходно!

"Если ты отправишься сейчас в классную аудиторию, я сомневаюсь, что ты обнаружишь там что-либо волнующее. Студенты чувствуют скуку, т.к. чувство захватывающей увлеченности исключено из процесса школьного обучения. Творчество мышления, возрастающая любознательность и развивающее первооткрывательство более не существуют в современной системе образования. Учителя надрывают глотки, но это ничего не меняет. К тому же многие студенты страдают от стресса, вызванного постоянной необходимостью быть во всем правыми. Ими управляет не захватывающий процесс познания, а страх ошибиться. Образование стало скучным, пугающим процессом, умертвляющим мозги вместо того, чтобы вдохнуть в них свежие творческие силы.

Помнишь ли ты себя сидящим в классе и боящимся дать ответ, который может оказаться неверным и ты будешь выглядеть нелепо?"

Глен покачал головой. "Я даже помню, как я пытался спрятаться, потому что боялся, что не знаю правильных ответов. Но я не уверен, что понимаю, почему это происходило". Он подумал с минуту. "Ты знаешь, что я начал понимать, так это то, что я настолько боялся оказаться неправым, что начал слепо запоминать все, что было изречено разного рода авторитетами. Я думал, я даже перестал задаваться вопросами, что на самом деле означают изучаемые мною вещи. Я научился выдавать учителям то, что они от меня хотели."

"К сожалению мы не оставляем этих старых привычек в наших учебных классах," - заметил я.

"Большинство из нас захватывают их с собой в свою взрослую жизнь."

"Что же, ты считаешь, этот страх оказаться неправым преследует меня до сих пор? Ты считаешь, что именно он не позволяет мне достичь счастья и финансового успеха? И именно этот страх держит мою семью на позиции ниже, чем мы заслуживаем?"

"Совершенно верно. И твои дети находятся в школе в постоянном поиске правильных ответов на вопросы потому, что им внушают, что только в этом случае они найдут обеспеченную работу и будут счастливы. Все наше общество в целом получило промывку мозгов по части того, что существует только один вариант правильного ответа, И все, что не правильный ответ, есть ошибочно, а значит глупо. А кто же захочет называться тупым?

Современное образование оставляет за бортом решающий процесс постановки вопросов, ответов на которые вы не знаете. Можешь ли ты вспомнить, чтобы когда-либо учили тому, что важно не то, что мы знаем, а то, чего мы не знаем. Только тогда, когда вы отыскиваете что-то, чего вы не знаете, вы выигрываете право на получение знания. Наказание за ошибки в действительности преграждает путь к постижению. Обучение - это собственно процесс делания ошибок, отыскания белых пятен и их устранение.

Наша система образования может обучать езде на велосипеде целым курсом лекций в пятьдесят часов, давая письменные тесты и наказывая студента плохими оценками за падение при его первой же попытке. Все дело в регрессивном способе мышления. Он лишает студента начать именно с того пункта, где и начинается истинное обучение - где он может открыть, чего он не знает и где он может начать использовать собственные ресурсы, чтобы отыскать, как исправить ошибки и как из них вырасти.

Когда школы насаждают убеждение, что ошибки это плохо, они крадут у школьников навыки, которые пригодились бы им в поисках новых знаний. Мы крадем у них два основных навыка: падение и развитие, на которых базируется процесс обучения. Стоит ли после этого удивляться тому, что в школе правит страх, скука и слепое зазубривание правил?

Если мы изучим жизнь всемирно известных личностей, художников, ученых, бизнесменов, музыкантов и писателей, которые сделали значительный вклад в прогресс, мы обнаружим, что их жизнь была полна ошибок. Но они учились на тех ошибках, затем снова ошибались и учились на них снова, Томас Эдисон, например, не был исключением. Под видом умственно отсталого его выгнали из школы. Позже, после множества неудачных попыток изобрести электрическую лампочку, его обвинили в том, что он ошибался 9,9999 раз. Его ответ был: "Я не ошибался 9,9999 раз. Я успешно обнаружил, что было неправильным все эти 9,9999 раз. И из всех этих неудачных попыток он нашел то, что сработало. Из истории мы знаем продолжение этого случая. Эдисон стал богатым предпринимателем, чьи изобретения сделали нашу жизнь намного легче, изобретения, которых, возможно, никогда бы не было, если бы он боялся делать ошибки и учиться на них.

Избегая ошибок, которые как нам кажется, делают нас тупыми, мы пытаемся быть всегда правыми, а по сути безнадежно устареваем. Когда я окончательно уверился в том, что я изучаю больше, когда совершаю ошибки, чем, когда имею правильные ответы, я решил совершенствовать процесс допущения ошибок, и делать их больше и чаще. Более я не думал о них, как об ошибках, именуя про себя не иначе, как "обучающий опыт" или легкие постукивания по плечу, постоянно напоминая о том, что существует нечто такое, что мы упускаем и что требует дальнейшего исследования.

Одним из наиболее важных учителей, которых я когда-либо имел, был Бакминстер Фуллер. Баки, как называли его друзья, был одним из общепризнанных гениев. Он был архитектором, математиком, автором, дизайнером, космологом, ученым, изобретателем, философом. Он изобрел геодезический свод, ввел термин "космический корабль Земля"), развил концепцию синергетики и был широко известен по всему миру за его творческий вклад в мировоззрение и технологию будущего. Он вовсе не блистал успехами в школе и находил учебную программу ущербной и ограниченной.

Я имел счастье учиться с Баки и узнать его достаточно хорошо.

Это был он, кто обучил меня легким постукиваниям по плечу и "удару невидимого поезда". Если по каким-либо причинам мы игнорируем первое слабое похлопывание, сигнализирующее о том, что что-то надо изменить н нашей жизни или расширить наши знания, постукивание становится все настойчивей и настойчивей пока не наступает удар, угрожая окончательно нас повергнуть. Некоторые люди переносили множество попаданий под невидимый поезд в своей жизни, но когда они присматривались к ситуации повнимательнее, он не могли не заметить, что удар следует только после того, как они игнорировали продолжительные легкие постукивания по плечу.

Мне было 32 года, когда в впервые в моей жизни столкнулся с "невидимым поездом", обнаружив недостачу денег в компании и подняв вопрос об этом на собрании. Мой партнер сказал, что займется этим делом. У меня было какое-то смутное предчувствие, но я не придал значения этому маленькому "постукиванию"-сигналу. Длительное время я следил за деньгами, но не обнаружил больше никаких пропаж. И все же меня не покидало беспокойство.

Вскоре я узнал, что происходило. Мой партнер действительно занялся недостачей, но сделал это по-своему. Почувствовав беспокойство брата, он начал заметать следы. В конечном итоге, удрал с деньгами, и компания обанкротилась.

В течение целого года я винил своего бывшего партнера. Я называл его всякими нехорошими именами и был полностью убежден в том, что во всем виноват только он. Я поклялся никогда больше не иметь партнера. Я был абсолютно уверен в том, что больше никому не смогу доверять. Я жил и работал с такими мыслями достаточно долго, терпя разного рода неудобства. Но однажды на меня снизошло озарение, что до тех пор, пока я буду обвинять во всем моего прежнего партнера, или кого-нибудь еще, до тех пор я не смогу извлечь урок из происшедшего.

Я спросил себя, что позволило совершиться этой краже, что такое, чего я не знаю. Я просиживал в размышлении часами. И неожиданно меня осветило озарение и я осознал два факта:

  1. Я должен больше доверять своей интуиции. В глубине души я чувствовал, что мой партнер был нечестным, но у меня никогда не хватало мужества выступить против него. Вместо этого я сделал лишь слабый намек и надеялся, что все образуется. Сегодня я верю своим чувствам и своей интуиции. Я выбираю партнеров, с которыми я чувствую себя вполне уверенно, имея в любой момент возможность честного и открытого обсуждения любых вопросов. Доверие - зто главное, и нахождение его заслуживает длительного поиска.
  2. Я понял, что даже если бы я закончил экономические курсы, я бы приобрел лишь книжные знания. Я знал, что я хочу быть успешным в бизнесе, я должен знать больше. Я нанял экономиста одной крупной фирмы, и он обучил меня не по книгам, а следуя своему благому жизненному опыту.

Эти два вывода увеличили мои способности, как бизнесмена и стоили, условно говоря, миллионы долларов для меня.

Без сомнения, наиболее ценный урок, который я извлек из этой истории, заключается в том, что мне больше "поездов" в жизни не надо. Отныне я буду действовать сразу, как заслышу легкое постукивание по плечу. Теперь я обращаю пристальное внимание на свои ошибки и ошибки других. И чем раньше я начинаю замечать зарождение ошибки, тем легче протекает моя жизнь.

Но поймите меня правильно, я не святой. Каждый раз, падая и совершая ошибку, я все еще расстраиваюсь. И моя первая реакция, как у любого нормального человека - обвинить других, искать оправдания себе или просто проигнорировать тот факт, что ошибка произошла. Это вероятно рефлекс, присущий человеческой психике в целом и глубоко спрятанный в ее глубинах. Я не уверен, что когда-либо смогу относиться к своим ошибкам с симпатией, но я также знаю, что можно полностью поменять свою реакцию на них. Мне было проще учиться на своих ошибках, имея моих друзей, которые обожают потешаться над моими проблемами и спрашивать: "Какой же урок ты извлек на этот раз?"

Я проделываю то же самое по отношению к ним. Я вспоминаю своего друга и учителя Маршала Турбера, который говорил мне, что все печальное в жизни - это возможности чему-либо научиться. Ребенок, который только учится ходить, падая, начинает плакать. Ребенок искренно огорчается в результате каждого падения. Обучение идет рядом с падением. Чего мы не проходим в школе, так это того, что падение - неотъемлемая часть обучения и должно рассматриваться со знаком плюс, а не минус. Наши дети уразумели, что падение (совершение ошибок) это не круто, и теперь они избегают его любой ценой. Как результат, миллионы людей убеждены, что отсутствие ошибок и "хорошая мина" - единственный способ продвижения вперед. Действительно, они могут выглядеть прекрасно, но они никуда не продвинутся. Наша корпорация заполнена людьми такого типа, людьми, которые знают, как прожить с минимальным расходом энергии. Как вы можете чему-либо научиться, если вы боитесь совершать ошибки? Что вы выиграете, если никогда не рискуете? Вот почему хорошие, интеллектуальные люди превращаются в цепенеющих и застойных работников.

Несколько лет назад, казалось, что наше общество получило хорошую очистку после неоднократного мошенничества религиозных и политических деятелей и банкиров. Каждый день мы включаем телевизор, и нам сообщают все больше новостей о чьих-нибудь происках. Так как я ежедневно слежу за новостями, я всякий раз поражаюсь тому, как люди, признанные виновными, продолжают настаивать на собственной правоте. Один из них провозгласил даже свой жизненный девиз: "Никогда не совершая ошибок".

Нечто подобное происходит и в системе образования мы культивируем превосходство "правильности" во всем, становясь жесткими и самоуверенными, но тем не менее живя в постоянном страхе, что кто-то это опровергнет. В современном мире быть неправым становится худшим грехом, нежели укрывать от налогов многомиллионные доходы или нарушать конституционные законы.

Баки Фуллер сказал однажды; "Ошибка только тогда грех, когда она не признана." Он убежден, что ошибка - один из способов сказать нам Богу: "Вы не знаете всего". Он также утверждает, что когда человечество признает разумность совершения ошибок, оно станет ближе к богу или "Великому Духу", как он предпочитает его называть.

Когда мы способны признать, что ошиблись вместо того, чтобы настаивать на собственной правоте, люди больше симпатизируют нам. Возможно, одним из самых поучительных уроков, который мы должны усвоить, является тот факт что только те, кто ничего не делает, не ошибается. Таким образом, знание о том, как совершать ошибки, может стать наиболее ценным уроком на пути к успеху.

Беседа с моим другом Гленом в тот день была ценна для меня тем, что проходила с пользой для него. Это давало мне возможность использовать в нашей беседе некоторые уроки, которые я получил от моих собственных учителей в годы начала самого любимого всеми Баки Фуллера и других Университета Хад Нок. Хотя в какой-то момент нашего разговора я слегка забеспокоился не задремал ли Глен. Но напротив, его глаза блестели, и я заметил в них что-то такое, чего не было в начале: вспышку гнева.

"Что же я могу сделать, чтобы мои дети перестали бояться ошибок? - спросил он. - Я не хочу, чтобы они оказались в моем положении."

Я понимал, что должен ему ответить и помочь справиться с его гневом, но я также хотел, чтобы он сам нашел ответ на спой вопрос. Я сказал ему: "Я считаю, что важно прежде всего, чтобы родители стали примером для своих детей". Стали моделью того, чтобы они хотели в своих детях увидеть. Поддержать их в понимании того, что единственный путь к жизненному прогрессу лежит в обучении всему новому. А это невозможно без совершения ошибок, промахов и падений.

Разница между профессиональным игроком в гольф и любителем в количестве забитых мячей. В спорте ошибки и исправления называются практикой. Так как же детский страх перед совершением ошибок может пойти им на пользу?

Или как однажды сказал мой мудрый учитель: "Если что-то стоит сделать, это надо начать делать". Иными словами: действие, коррекция, совершенство! Я убежден, что мы должны пробуждать в наших детях маленьких Колумбов - задаваться вопросами общепринятой мудрости и рисковать, совершая ошибки - в противном случае, они никогда не узнают, что там за пределами известного и как далеко они могут идти.

Иногда я удивляюсь, как много миллионов людей, не слишком успешны в своей взрослой жизни, и что же произошло с их юношескими мечтами. Они следовали правилам, преподанным им нашей системой образования, но они обманулись в своих ожиданиях. Они усердно учились, получали хорошие отметки и заняли приличное рабочее место после окончания колледжа. Но теперь они чувствуют себя загнанными в ловушку несчастными, эмоциональными, профессиональными и финансовыми трупами.

Если меня спросят, как создать новый тип системы образования, систему, которая честно подготовит людей к успешной и счастливой жизни, я скажу, что делать это надо, используя систему ошибок. Я не знаю другого более ценного урока, чем этот. Я иногда смеясь говорю собственным студентам, что они получают свои научные степени в совершении ошибок. Способность совершать ошибки и изучать их - это действительно наука, и я рад, что я ее преподаю.

Образование должно подчеркнуть те достоинства, которые кроются в ошибках. Ошибки - демонстрация инициативы. Они - свидетельство того, что мы искренни в получении знаний вместо бездумного заучивания книг или учительских лекций. Они - гаранты того, что мы не попадем в ловушку ничегонеделания из боязни оказаться неправыми.

Я не пойман в капкан постылой работы и я действительно финансово независим потому, что я совершал больше ошибок, чем совершает большинство людей, а не потому, что изначально имел больше правильных ответов, чем кто-либо еще.

Слишком много людей ведут образ жизни, который не позволяет раскрыть их реальный потенциал или напустить резервные механизмы их деятельности. Они оглядываются на прожитую жизнь с ее нереализованными мечтами.

Спросите себя: "Какие мои мечты не реализовались из-за того, что я боялся падения?" И затем приготовьтесь изменить все это, осознав, что жизнь с несбывшимися надеждами вас недостойна. Вы сможете все изменить и сбудутся ваши заветные желания, если вы впитаете предложенные уроки, которые реально помогут вашему продвижению.

3. КЕМ ТЫ ХОЧЕШЬ СТАТЬ, КОГДА ВЫРАСТЕШЬ?

"Я не люблю работать - никто не любит - но мне нравится то, что можно найти в работе шанс найти себя. Твоя собственная реальность - для тебя, не для других - то, чего никакой другой человек никогда не узнает".
Джозеф Конрад (1902 г.)

Несколько лет назад я был на вечеринке, состоящей из 25 человек. Около девяти часов к нам спустился десятилетний сын хозяина, чтобы пожелать спокойной ночи. После нескольких вопросов о хобби и о школе один из гостей спросил мальчика: "Так кем ты хочешь быть, когда вырастешь?"

Мальчик засмеялся и сказал: "Я хочу быть как Том Круз и стать военно-морским пилотом". Гость сказал: "Это хорошо?" Но другой человек сказал: "Оу, Билли, ты не можешь этого хотеть. Разве ты не хочешь быть доктором, как твой дядя Тэд? Ты знаешь доктора много зарабатывают. Вот почему у дяди Тэда большой дом и множество машин."

Но ребенок знал свой собственный ответ. "Я хочу быть военным пилотом."

"Ты уверен? Эти ужасно опасная работа, и она не слишком хорошо оплачивается. Если ты будешь получать в школе хорошие отметки и усердно трудиться, ты сможешь стать доктором и быть богатым."

Мальчик смутился. "Хорошо, - сказал он: "Я подумаю о том, чтобы стать доктором." Затем он убежал спать.

Я стал вспоминать, о чем я мечтал, когда был маленьким, и мне показалось, что также, как и Билли все мои мечты о будущей профессии базировались на чистой фантазии. Наши мечты важны, гораздо более важны, чем большинство из нас может представить. Они наша мотивировочная база в процессе обучения и развития. Выбор мы делаем, исходя из условий оплаты обретаемого статуса или чьей-либо рекомендации. На пол-пути к профессии, скажем, доктора мы стискиваем зубы и упираемся до конца. Нас больше не интересует обучение на столько, насколько интересует, когда оно наконец окончится, и мы начнем пожинать плоды своих усилий. Если же мы имеем мужество следовать своим мечтам, они поддерживают и мотивируют нас даже в самые тяжелые времена.

Но я прежде всего должен отметить, что мечты могут меняться. Будет ли Билли всегда хотеть стать пилотом? Может быть в один прекрасный день он захочет стать доктором точно так же, как сейчас хочет быть пилотом. Ведь действительно наши мечты меняются. И чему же нам обучать Билов и Барбар? Чему мы должны учить Билли, чтобы он мог в жизни быть и доктором, и пилотом, и, возможно, постичь несколько других профессий в зависимости от того, как сложится его судьба? Давайте на примере моей собственной истории проследим ответы на эти вопросы.

Я думаю, я во многом напоминал Билли, когда сам был в его возрасте. Я читал книги о путешественниках, которые плавали по морям на деревянных кораблях из порта в порт по всему миру и возвратившись, рассказывали истории о своих удивительных приключениях. Я читал Джозефа Конрада, Германа Мэлвилла и Риарда Генри Дана. Я мечтал об этих далеких экзотических островах Востока и тихоокеанского бассейна.

Когда в 15 лет моя классная руководительница спросила меня, кем бы я хотел стать после окончания школы. Я, естественно, ответил, что хочу быть моряком. Она спросила: "Не хотелось ли бы мне сделать более достойный выбор".

Я получил сообщение. Она настоятельно советовала мне отнестись к этому вопросу по возможности мудро. Но я настаивал на свое решении и говорил, что я действительно хочу быть моряком. Я ответил, что хотел бы отправиться в путешествие в далекие порты, сплавать на деревянных кораблях на Таити. Я хотел встретить прекрасных девиц, гребущих в своих каноэ, одетых в одни только цветы и кричащих: "Эй, моряк!" Я говорил, что это мечта всей моей жизни. Реально это или нет, но это было как раз то. что я хотел делать после окончания школы.

"Ну что же", - сказала она, глядя на меня с отвращением. "У тебя не слишком высокое призвание, не так ли, молодой человек?"

"Да, не слишком, - ответил я решительно и со смехом. - Но это должно быть очень забавным."

Не следующий вопрос удивил меня. "Хорошо, - сказала она. - Если ты действительно хочешь стать моряком, почему бы не стать лучшим моряком?" Она подкинула мне книгу "Самоучитель, как стать достойными моряками".

Казалось, навстречу мне распахнулся целый мир. Впервые в своей жизни у меня появилась причина, чтобы учиться. Хотя моя советчица не предупредила меня обо всех ожидающих меня на этом пути трудностях. (Например, чтобы стать морским офицером, нужно иметь рекомендации конгрeсса для поступления в самую высшую военно-морскую школу в США). Она также и не отказала мне в моральной поддержке. И в 1964 году я получил две рекомендации, одну в Коммерческую Морскую Академию в Кингс Пойнте в Нью-Йорке, а другую в Американскую Морскую Академию в Аннаполисе, Мэриленд. Я выбрал Кингс Пойнт.

Как бы то ни было, после окончания учебы в 22-летнем возрасте, моя детская мечта сбылась. Я плавал на танкере на Таити и встречал красивых аборигенок. Но даже не смотря не то, что мне платили огромные деньги и я делал вещи, о которых всегда мечтал, мне было скучно на работе. Проблема была в том, что единственной профессией, которой я владел и к которой меня готовили, был III корабельный помощник. Сам того не понимая, я стал специалистом, призванным выполнять только простую механическую работу. Я должен был приобрести другую профессию, если хотел получать те же деньги, что я уже зарабатывал.

В результате я решил последовать следующей своей детской фантазии и стать пилотом самолета. Когда я выучился, я был отправлен во Вьетнам военным летчиком. Мне нравилось летать, я получал ничтожную оплату и вряд ли мне нравились бои больше, чем кому-либо из летчиков. Но когда я вернулся в 1973 году, я вновь обнаружил, что приобрел очень специфические навыки, которые оставляли мне только два выбора: я мог управлять кораблем или летать на самолете. Ни один из них меня более не интересовал.

И тогда я стал приходить к выводу, что школа по сути уменьшает наш потенциал к успеху, поскольку направляет по заранее намеченному плану: получение узкой специализации. В этой стране приобретенная таким образом профессия направляет тебя прямиком в карьерную ловушку, воруя ваши мечты и ваш великий потенциал.

Существуют миллионы людей в возрасте от 28 до 45 лет, которые не удовлетворены тем, что они делают. Они утратили чувство привлекательности своей профессии или максимально в ней реализовавшись, исчерпали все возможности. Эта неудовлетворенность является причиной того, что столь многие меняют профессию в среднем возрасте. Проблема в том, что меняя профессию, мы теряем своей высокий статус. Это как начинать все сначала, даже, если мы имеем некоторый опыт, применимый в новой профессии.

Процесс обучения предполагает, что средний человек в течение жизни может сменить по крайней мере пять профессий. Почему же при таком положении дел наше общество требует от детей столь раннего выбора? Частично это происходит от того, что наша система образования по-прежнему нацелена на нужды аграрного государства. И разрабатывалась она исходя из 40-летней продолжительности жизни, предполагая отсутствие необходимости приобретения другой профессии при таких условиях. Кроме того, в аграрном обществе широкий выбор профессий вовсе и не требуется. Да и знать много не обязательно, чтобы прожить.

Сегодня, для выпускников школ, которые в потенциале могут работать и 60 лет, идея специализации представляется нелепой. Как сказал Бакминстер Фуллер, слишком узкая специализация ведет к вымиранию. Мы нуждаемся в системе образования, которая бы обучала основным принципам, которые могли бы применимы к любой специальности. Это позволило бы людям переключаться с одной профессии на другую безо всякого ущерба.

В 1973 году, когда я покинул флот, более нежели приобретать иную профессию, мне хотелось обобщить свои навыки, подняв их выше планки узкой специализации. Мне бы хотелось успешно сочетать в своем арсенале такие навыки, как морское дело, экономику, маркетинг, финансы, производство с тем, чтобы стать более подготовленным к удобному случаю поменять профессию в будущем. Я не хотел сужать мой будущий профессиональный потенциал, как это у меня уже произошло в прошлом.

Я обнаружил одну характерную черту, присущую любой профессии. Нечто иное, как узкая специализация является решающим фактором, определяющим ваш успех в профессии. Некоторые преимущества, которые вы получаете приобретаются ценой ограничения нашего выбора. Если я, к примеру, дантист и хочу зарабатывать больше денег, у меня единственный путь - специализация ортодонта.

Одним из рычагов, управляющим развитием нашего общества, является бизнес. Пока я признавался себе в том, что в определенных кругах понятие бизнес имеет дурную репутацию, я все больше и больше признавал его бесспорную универсальность. В конце концов любой дом - это тот же бизнес. Деньги приходят и деньги уходят. Церковь или благотворительность - это бизнес. Правительство - это большой бизнес. В самом деле я не могу думать о чем-либо, не признавая, что это своего рода бизнес. Нравится вам это или нет, но современный мир зиждется на деньгах, производстве, продажах, маркетинге, финансах и экономике.

Итак в 1973 году я принял решение стать дилетантом бизнеса. Я начал подыскивать работу не с позиции размеров оплаты, а с позиции того, что я должен узнать для ее получения. Когда я покинул Морской Корпус, я решил, что хочу знать самый сложный для меня аспект в бизнесе - продажи, будучи застенчивым человеком и с трудом терпящим отказ.

Я отыскал несколько компаний, имеющие хорошие образовательные программы по продажам. В конце концов я выбрал мультинациональную корпорацию, которая также продавала стартовый пакет как отдельный продукт. Я должен упомянуть, что на тот момент своей жизни я воспринимал бизнесменов ничтожнейшими из людей. Я воспитывался в академических кругах и меня учили, что те, кто занимаются продажами неэтичные, аморальные, на все способные ради доллара, люди. В моем воображении рисовался человек, одетый в патентованные кожаные туфли, полиэстровый костюм, продающий подержанные машины. У меня было предостаточно предрассудков, чтобы избегать таких людей.

Первый урок, который я выучил, заключался в том, что вряд ли отыщется что-то в современном мире, что не вовлечено в систему продаж. Учитель в классе продает идеи, курс обучения и знания. Министр продает религию или Бога. И мать постоянно пытается продать своему ребенку модель хорошего поведения. Подобным же образом менеджеры больших компаний продают то, что необходимо тем, кто к ним нанимается.

И вот что я понял: чем более компетентен человек в вопросах продаж, тем легче будет его жизнь.

Недавно знакомый почтальон пожаловался, что он мало зарабатывает. Он знал, что я обучал бизнесменов, и спросил у меня, что ему предпринять, я предложил ему пойти в торговлю, но он сказал: "Я ненавижу торговцев. Я не буду одним из них". Я ему заметил, что сейчас он продает свое время, чтобы разнести почту. Его ответ был: "Да, да, но это не одно и то же. Торговцы - мошенники." "Железобетонные принципы" держали его и его семью на низком уровне дохода.

Я не знаю, откуда взялась мнение о том, что люди, занимающиеся торговлей, плохи. Возможно, что от того, что образ потрепанного, агрессивного продавца подержанных автомобилей порой муссируется средствами массовой информации. Придерживаясь этого стереотипа, мы существенно ограничиваем осмысление того факта, что практически каждый день нуждаемся в помощи продавца всякий раз, когда приобретаем товар или услугу.

Важным здесь представляется тот факт, что профессиональная работа торговца как бы невзначай собирает навыки которые могут быть применимы практически во всех проявлениях карьеры. Я знаю врачей, юристов, учителей, руководителей больших корпораций, даже психотерапевтов, министров и раввинов, которые утверждают, что ранний опыт в торговле был, возможно, самой стоящей школой жизни. Годы работы продавцами научили их, как общаться с людьми, как распределить их энергию и время, как убеждать быстро, эффективно и с улыбкой.

Не поймите меня неправильно. Я не говорю, что наша система образования должна поощрять каждого идти в бизнес или торговлю. Я говорю только о том, что если в вашей жизни важно уметь общаться с людьми, важно уметь обращаться с деньгами, важно стать финансово независимым, то существует способ, как этому научиться, нацелив на это внимание и энергию. Человеческий ум - зеркало, в котором отразятся все необходимые способности и свойства, лишь только поместить в его фокусе необходимую установку на расширение его способностей, а не на сужение.

Образование того сорта, который я имею в виду, откроет безграничные возможности вместо их сужения. Независимо от того дети мы или взрослые, глобальное образование поможет нам развиться в выбранном нами направлении или в любой момент нашей жизни. В мире, претерпевающем такие быстрые изменения, специализация становится опасной. Как мы можем достойно подготовиться к будущему, если мы не можем его даже представить? Мы все нуждаемся в том, чтобы привыкнуть к мысли о том, что образование - это процесс длиною в жизнь и он вовсе не заканчивается с окончанием школы.

В моей собственной жизни горы работы с продажами дали мне неоценимый опыт и были одновременно самым крутым жизненным вызовом, с которым мне пришлось столкнуться. Я начинал, как большинство из нас со страхом, боясь продаж, потому что думал, что никогда не смогу научиться тому, что в этой профессии что-то случается. Чужой отказ преследует вас. Я начинал с самой сложной позиции в торговле: ходил от двери к двери. Я посещал все проходившие в городе семинары. Два года я чувствовал себя слепым идиотом, слишком мало зарабатывающим и страдающим, пока наконец я не научился. Потом все пошло значительно легче. Затем последовал успех, настоящий успех. Это было так, как будто я научился ездить на велосипеде. Когда наконец-то я стал хозяином положения, мир распахнулся передо мной. Неважно, куда и приходил, меня всюду ценили, практически каждая компании нуждалась в хорошем торговом агенте. Я стал обнаруживать, что мой доход стал напрямую зависеть от моего умения, показывать мою способность продавать мой товар. Впервые в своей жизни я почувствовал себя свободным, потому что фактически в любом месте мог зарабатывать деньги в обмен на мое умение. Я не стану описывать, что даст человеку ощущение свободы.

Сегодня я владелец компании по образованию. Когда люди спрашивают, что я делаю, я отвечаю, что я учитель. В действительности, я думаю о себе, во-первых, как о человеке, умеющем организовать что угодно. Я могу также ответить, что я ученый, бизнесмен, поэт, администратор, лектор, менеджер, писатель, издатель... список может продолжаться и продолжаться, потому что это все есть во мне, благодаря моему универсальному образованию.

Глобальные перспективы универсализма.

Мы в Соединенных Штатах внимательно следим за подходом универсальной профессиональности в других странах. Несколько стран также как мы, культивируют специализацию. И я должен заметить, что в этом кроются причины наших многих современных экономических проблем. Когда японские компании обучают людей на должности исполнителей, они не фокусируют внимание на том, какое у них предыдущее образование. К примеру, в Японии я встретил молодого преуспевающего сотрудника крупной японской компании. Его образование - французский язык - не бизнес. Это меня удивило, и я решил узнать о нем побольше. Он сказал, что через десять лет, возможно, будет президентом компании.

Молодой человек заметил, что его компания сначала ищет людей, у которых есть социальное положение и кто быстро может обучиться. Затем компания обучает человека в течение десяти лет каждому аспекту бизнеса. По окончании он имеет опыт практически во всех операциях компании. Это истинная универсализация, кардинально отличающаяся от того типа специализации, которую мы сегодня находим в американских компаниях. В большинстве американских компаний менеджеров набирают по МБА программам среди выпускников университетов с небольшим или полностью отсутствующим опытом. Редко когда новичок отличается компетентностью. В большинстве случаев навыки универсалов невозможно даже сразу распознать.

Итак, что же наши колледжи и университеты могут предложить сегодня человеку, который хочет стать универсалом? Когда-то давно ученые степени были призваны обслуживать эту нишу. Но сегодня это не работает. В большинстве университетов либеральная программа обучения представляет собой нечто незначительно большее, чем грандиозный банкет, на котором не определившиеся еще студенты могут попробовать разнообразные возможности. И в очень многих случаях эта программа предполагает академическую подоплеку, не обеспечивающую практических навыков.

Становясь универсалом.

Вы почувствовали себя в ловушке специализации? Вы не знаете, как распрощаться со своей теперешней работой и подыскать что-то новое без излишних затрат?

Мой совет - начинайте интересоваться работой, на которой можете многому научиться, а не много заработать. Соотнесите годы вашей жизни, затраченные на приобретение навыков, в которых не специализируетесь с наличием и количеством этих навыков. Специалисты должны потрудиться ровно столько, сколько потребуется, чтобы стать специалистом-универсалом.

Сегодня, если вы уже состоявшаяся личность, вы должны создать собственную программу универсального обучения. Но возможно у вас это получится не раньше, чем вы осознаете свои истинные потребности и сферу, в которой вы сможете приобрести необходимые для их удовлетворения знания. Мир заполнен всяческими возможностями, начиная со свободных лекций в колледжах и местных сервисных клубов и заканчивая работами, способными предоставить широкое поле деятельности, способствующее приобретению и расширению интересующих вас навыков.

Следуя этим путем, мы можем послужить примером младшему поколению, помогая изменить существующий порядок вещей в школах. Надеюсь, что эта книга поможет вам в этом.

4. МОЙ РЕБЕНОК ПРЕКРАСНО СПРАВЛЯЕТСЯ

Наибольшей проблемой является образование.
Р. Бакминстер Фуллер

Как-то мне привелось услышать мнение одного из моих коллег по поводу образования. Он говорил:

"Я нахожу образовательную систему великолепной. Мне нравилась школа, и я прекрасно учился. Мой сын такой же, как и я. Он тоже любит школу и он лучший в классе. Какому-то университету посчастливится принять его. Его будущность блестяща. Я не понимаю, почему люди так часто жалуются. Я считаю, что система образования отлично справляется со своей задачей."

"А как же быть с теми, кто не слишком преуспевает в школе?" - спрашиваю я. "Что делать с детьми, которые выпадают из системы? И что будет с детьми этих детей? И как насчет тех малышей, у кого нет способностей вашего сына."

"Это не моя проблема", - отвечает он холодно. Я чувствую, как мне хочется перескочить через стол и задушить его.

Путешествуя по миру и говоря о системе образования, я встречал людей, которые стойко защищают существующую систему.

"Оставьте систему в покое", - говорят они. "У меня все отлично и мои дети в порядке. В нашем районе лучшие учителя".

На вопрос о благосостоянии и удачливости чаще всего можно получить следующий ответ: "Так устроен мир". "Я ничем не помогу детям, менее способным, чем мои". "Спрашивайте родителей этих детей, а не нас."

"А что вы от меня ожидаете?"

Как бы там ни было, самый печальный ответ достаточно ясен: "Оставьте меня в покое, это не моя проблема и не говорите мне об этом."

Больше всего меня шокировала все эти годы поверхность, невежество, апатия, слепое пренебрежение и отсутствие компетентности тех, кто защищает систему. Мы все безмерно рады, когда находим детей, которым нравится учиться и которые со всем справляются в существующей системе. Многие из нас, кто сегодня преуспевает, выжили и даже обучились в существующей системе. Но к сожалению это не удалось многим другим.

Когда я встречаю людей, которые хотели бы оставить систему без изменений, я задаю им следующие вопросы: "Что может заставить вас понять, что образование что проблема каждого? Какие из следующих проблем, корни которых лежат в сфере образования, заставят вас пробудиться и начать беспокоиться о других?"

  1. Сколько бездомных взрослых и детей понадобится еще, чтобы осознать, что реконструкция образовательной системе - наше общее дело?
  2. Сколько еше теряющих работу после долгих лет преданного служения потребуется, чтобы понять, что что-то упущено в существующем учебном плане.
  3. Вы когда-нибудь переживали то, что чувствуют дети, когда кто-то в семье уволен с работы? Это тоже результат бед в современном образовании.
  4. Нужно ли, чтобы грабитель ворвался к вам в дом, чтобы вы поняли растущую проблему отчаявшихся людей, идущих на преступление ради выживания?
  5. Сколько еще налогов вы желаете платить, чтобы построить больше тюрем? Вы понимаете, что тюрьмы только увеличивают количество преступников?
  6. Сколько еще тюрем понадобится, чтобы понять, что разрушать надо не их, а существующий порядок вещей в обществе и в системе образования. Знаете ли вы о том, что большую часть постоянно растущего числа преступников составляют правительственные служащие? И как это может характеризовать наше общество?
  7. Сколько еще нужно взрослых и детей, употребляющих наркотики, чтобы показать, что в глубине души люди глубоко несчастны и одиноки, и что многих из них можно вылечить грамотным образованием?
  8. Что становится с теми, кому не помогает медицина?
  9. Как много людей, которые не могут смириться со своей пусть даже респектабельной старостью?
  10. До каких масштабов будут увеличиваться наш национальный долг и нищета, прежде чем мы начнем учить наших детей тому, чем это вызвано и что мы должны сделать для изменения менталитета нашего правительства?
  11. Сколько еще наших истинных ценностей мы позволим продать иностранцам прежде, чем поймем, что только образование может научить нас ценить собственную общность больше, нежели сиюминутные мелкие выгоды и отучить нас быть рабами собственной алчности?
  12. Для чего будут работать ваши дети. Состоятся ли они?
  13. Почему происходит перетекание кадров в другие страны, крупные компании, которых обеспечивают иностранных нанимателей работой?
  14. Сколько семей разрушено из-за ссор о деньгах, которые никогда бы не возникли, если бы школы довели до сведения школьников, что главное - научить их быть экономически защищенными в этом обществе?
  15. Чему учатся дети, когда родители дерутся из-за денег?
  16. Даже если вы и ваши дети были успешными в школе, задумывались ли вы когда-нибудь о том, сколько детей таковыми не являются, даже если они остаются в школе?
  17. Имеете ли вы хотя бы смутное представление о том, что происходит в восприятии семилетнего ребенка, когда взрослые определяют его или ее как "не такой способный, как...?" Задумывались ли вы когда-нибудь, что такой ребенок должен испытывать, в течение скольких лет он будет носить за плечами этот груз и какой эффект это произведен через какое-то время.
  18. Сколько надежд было растоптано и оставлено в школе, когда ребенок узнавал, что только "способные ученики" достаточны внимания?
  19. Сколько потеряно гениев в результате принуждения следовать школьной системе? Какова ваша цена всего этого? Сколько патентов и изобретений навсегда утрачено для нашего бизнеса?
  20. Должна ли проблема коснуться нас напрямую, чтобы мы начали действовать?
  21. Если образовательная система - отражение нашего общества, то что же можно сказать о нас с вами?

История для нашего времени.

Рискуя покачаться нескромным, я все же поделюсь с вами некоторым ранним образовательным опытом, который вдохновил меня на написание этой книги.

Жарким августовским днем 1965 года я поступил в Американскую Коммерческую Морскую Академию в Кингс Пойнте. Нью-Йорк, в часе езды от Манхэттена. Это был один из самых замечательных дней моей восемнадцатилетней жизни. Чтобы быть принятым в эту академию я должен был быть рекомендован американским сенатором, снабжен справкой о физической пригодности, а также сдать вступительные экзамены и личное собеседование. Ежегодно только двоим учащимся штата Гавайи давалось разрешение поступать в эту школу. В те дни туда принимали только юношей. (Теперь это условие изменилось).

Администрация щеголяла в ослепительно-белой, накрахмаленной морской форме. Нас всех пригласили в школьную аудиторию. Администрация держалась максимально вежливо с абитуриентами и их родителями. Нам сказали, что мы лучшие, кого избрала страна. Каждого из нас отобрали из трехсот претендентов. Гостям, гуляющим в красивом парке академии разносили пунш и печенье. Вскоре пришло время покинуть академию гостям и родителям. Мы попрощались, и вечеринка окончилась.

Студент со старшего курса разбил нас на группы. Я не знаю, по каким критериям мы в эти группы были зачислены, но догадываюсь, что мы просто называли свои имена в ответ на вопрос старшего студента. Стоя под палящими лучами солнца в своей штатской одежде, выглядывающей из-под моей спортивной куртки, я начал осознавать, куда я встрял. Я помню, как слышал как кто-то, стоящий где-то позади меня, спросил: "Когда же начнется самое забавное?" Немедленно другой голос ответил: "Ад вот-вот начнется".

Вскоре мы уже маршировали в нашу парикмахерскую для того, чтобы нас сделали наши новые прически. Этот день был назван днем лысых и предполагалось, что иные прически совершенно не допустимы. Я узнал, что получить свидание с девушкой расценивалось как вызов не только потому, что отсутствовали волосы, но и потому что война во Вьетнаме становилась непопулярной. Нет необходимости напоминать, что мужчины в униформе не пользовались большим успехом у молодых женщин.

Следующей остановкой был подвал. Моя команда, состоящая из 30 человек растянулась под горячими трубами. Такая позиция называлась "подтяжки". Это означало стояние у стены в большой тесноте, с прижатым к груди подбородком, глазами уставленными вперед и совершенно неподвижно. Августовская жара сама по себе была достаточной, а тут еще эта теснота и подвальная жара усугубляли и без того тяжелое состояние. Нам показалось, что мы простояли там несколько часов. Я мог чувствовать, как дрожат некоторые из нас, и я был уверен, что галлюцинирую. Наш командир безмолвно стоял перед нами, уставившись в наши лица и требуя, чтобы мы не смотрели на него. Стоя нос к носу каждый из нас, казалось, говорил: "Не смотрите на меня, мистер".

Я помню, как пот струился по моим ногам в то время, как я делал все возможное, чтобы расфокусировать свои глаза. Что было еще хуже, его дыхание было несвежим, а мои носки промокли.

После долгой молчаливой паузы, наши командир заорал: "Глаза налево". Мы немедленно подчинились. "Глаза направо". Мы вскинули головы направо. Я стоял, глядя на затылки двух безволосых голов двух незнакомцев. "Глаза прямо". Я остался стоять, смотря вперед на враждебное выражение лица нашего командира в этом жарком душном, голом подвале.

"Условия таковы, джентльмены, что двое из троих из вас здесь не удержится". Он был полностью прав. Четырьмя годами позднее только чуть больше половины из нас выпустили. Остальные постепенно исчезали с годами.

Однажды холодным зимним днем 1968 года я выглянул из окна третьего этажа и увидел своего лучшего друга и соседа по комнате медленно прогуливающимся по площади с сумками в руках. Эд был намного талантливее меня и мог мгновенно схватывать материал математического и инженерного курсов, которые мы должны были изучить. Он мог объяснить проблемный учебный материал с глубиной истинного исследователя так, что у меня отвисала челюсть. Но он проваливался на тестах. Если вы не знаете, что это означает, просто спросите у игрока в гольф, который пропустил легко забиваемый мяч из-за эмоционального давления. В последние месяцы нашего совместного проживания я чувствовал, как сокрушается дух Эда и я чувствовал себя, как человек, наблюдающий медленное умирание личности. Когда во время академической стажировки он пытался сдать освоенный материал, его охватывала паника. Мы могли сидеть и учить вместе, но чем больше он волновался, тем тяжелее ему давалась учеба. Он мог все прекрасно объяснить мне, но не мог сам сдать ни один тест. Я внушал ему, что он обязательно сдаст, но он немедленно забывал мою установку, как только начинал испытывать первые признаки своей паники. В конце концов он был исключен из школы.

Мы были военной школой. В конце каждой четверти нам выставлялись отметки. Тогда наша группа выстраивалась в шеренгу, и один из студентов читал наши оценки перед строем. Некоторые студенты аплодировали, другие кричали. Мы все знали, что тех, кого исключали, посылали во Вьетнам. В то время это было огромным стимулом учиться хорошо. И все же количество неудачников было достаточно большим. Но это не от того, что мы не учились. И не от того, что нам не хотелось успевать по всем предметам. Причина была также не в наших низких способностях. И даже не в том было дело, что предъявляемые требования были слишком высоки. Нет, это происходило от того, что неудача была изначально заложена в систему обучения. Действительно, может ли провал быть частью системы? Да, если только становится мотивацией обучения. И именно в такую систему образования мы отсылаем наших детей сегодня независимо от того, что это за школа. Она может быть военной, как в моем случае, а может быть ближайшей от нашего дома обычной школой.

Это не дети терпят неудачу. Это терпит крах система, потому что ежегодно нуждается в определенном проценте неуспевающих детей, начиная с того момента, как они пошли в детский сад. Когда кто-либо гордится тем фактом, что он хорошо учится в школе, необходимо его спросить: "А сколько остальных, которые нужны для противопоставления твоим успехам?" Когда родители хвастают тем, что их ребенок способный, следует задать им несколько простых вопросов. "Как много малышей прямо сейчас у себя дома чувствуют себя несчастными потому, что у вашего малышка все отлично?" "Сколько детей подают надежды на будущее?" "Сколько детей считают себя неспособными?" "Сколько из них задумывается над тем, почему у них ничего не получается?" "Как бы вы себя почувствовали, если бы вашего ребенка поместили в класс с самыми одаренными детьми нации и устроили смотр?"

Некоторые родители ответят: "Ну, что ж, это жизнь. В ней всегда есть победители и проигравшие. Лучше подготовиться к этому в детстве".

"Едва ли кто-то серьезно оспорит факт, что жизнь и в самом деле очень непростая штука. Но должно ли это означать, что в задачи взрослых не входит максимальное обеспечение ментального, эмоционального и физического здоровья наших детей?

Сегодня дети раньше чем вы или я сталкиваются с "реальной жизнью". Какой эффект это порождает? Должны ли мы этому способствовать или наоборот как можно дольше противостоять?

Проведите немного времени с маленькими детьми, которые хорошо учатся в школе, и вы обнаружите, что они весьма горды этим фактом. Конечно нет ничего плохого в том, что у кого-то есть успехи; это без сомнения чудесное чувство, что ты все выполняешь как нужно, и у тебя все получается. Но в рамках школьного обучения ваши успехи не означают, что вы успешны сами по себе, они лишь означают тот факт, что вы успешнее других. Критерий успеха зависит не от вашего потенциала, а от общего уровня стараний тех, кто учится с вами в одном классе. Возможно вам покажется, что это весьма несущественная разница, пока мы не копнем глубже.

Путешествуя, я часто посещал разные школы и обычно просил лучших учеников рассказать мне что-нибудь о тех, кто не слишком хорошо учился. Они начинали проявлять беспокойство, явно испытывая некоторую неловкость, отвечая на этот вопрос. Очевидно, что им не нравилось задумываться об этом. Большинство перескакивало в разговоре на другую тему, интуитивно ощущая, что что-то здесь не так, но не понимая, что именно.

В существующей системе образования мы учим детей тому, что слабые являются жертвами, своеобразным закладом сильных. Встраивая в систему убеждение (и - это важная, но скрытая часть учебного плана), что если я успешен, значит обязательно должны быть некоторые жертвенные овцы. Кто-то должен быть отдан в жертву, чтобы я был на высоте. Это убеждение так глубоко проникло в наше восприятие, начиная со времен детского сада, что нам тяжело даже представить себе другой взгляд на этот вопрос.

От того, что система зиждется на страхе, студенты учатся выживать, только жертвуя кем-то. Вместо товарищеской взаимопомощи слабым мы учим наших детей отворачиваться от тех, кто слабее. Существующая система учит нас тому, что целью обучения является получение хороших оценок и высокого балла тестов. Внутри системы эта цель становится более важной, чем любовь, дружба, снисходительность, доверие и даже достоинства личности. Наши дети обучаются тому, что личное выживание - большая ценность, чем личная этика. Мы учим детей поддаваться этой тирании, допуская все эти "маленькие" жестокости, которые нам, как цивилизованному обществу, следовало бы считать неприемлемыми. Эти "безобидные" жестокости становятся привычкой и дети уносят их во взрослую жизнь. Часто совершенно не задумываясь, мы взращиваем систему, способную без каких-либо ограничений поставить на колени всех нас.

Джерри Харвей, автор "Абелин Парадокс" развил эту идею на примере маленького экскурса в историю. Он рассказал, например, что в первые дни второй мировой войны Уинстон Черчилль предупреждал другие страны Европы о судьбе, которая ожидала их, если они не восстанут против Гитлера. Однако многие страны решили задобрить диктатора. Черчилль говорил: "Каждый надеется, что если он достаточно накормит крокодила, то крокодил съест его последним. Это иллюзия, он с вас и начнет. Все надеются, что буря утихнет, прежде чем поглотит вас."

В день, когда я прочел об этом, я немедленно пересмотрел мой собственный школьный опыт. Я вспомнил, что когда я был в школе, я редко учился, потому что знал, что было много таких же как я, кто не отличался большими способностями в школе. Я присоединился к партии кормящих крокодила, кормящих приятелей студентов и друзей, чьи "неудачи" стали фундаментом для моих успехов. Было тяжело признаваться, но я обнаружил, что следовал той же системе, которую Харвей описал в своей книге.

К примеру, психиатры признали Адольфа Ейчмана, представшего перед судом, вменяемым и подтвердили это соответственным к нему отношением со стороны его семьи, родственников и друзей. Министр, который его регулярно навешал, нашел его человеком не без позитивных идеалов. Казалось, в нем поселился кто-то другой, не имеющий ничего общего с сумасшествием. Более этого, выяснилось, что никто из его родственников, друзей или офицеров ни разу не указали ему на аморальность его поступков. Сам он сказал о том, что единственный человек не пришел и не упрекнул его, как он исполнил свои обязанности.

Конечно пример Эйчмана является экстремальным, поскольку он вскармливал самого гнусного и извращенного крокодила во всей человеческой истории. Но сколько же нас, виновных в поддержке порочной системы, которая без сомнения является мало заметным, но достаточно деструктивным элементом в нашем обществе.

Ни Эйчман, ни Гитлер не имели бы такой власти, если бы столкнулись с совокупным противостоянием немецкого народа. Многие из них виноваты в том, что из страха молчали.

Наш современный корпоративный мир имеет своих собственных Ейчманов, которые с легкостью исполняют то, чему их научили. Они необходимые системе палачи, карающие наиболее слабых. Один из таких палачей Джой говорит: "Мы вынуждены увольнять из компании каждого пятого. А если вы хорошо делаете свою работу, я вас уверю, что вы обязаны делать сверхприбыль в следующем квартале. Это действительно заставит вас побегать. И вы окажетесь на вершине служебной лестницы быстрее, чем успеете об этом подумать. Все, что Вам нужно, это быстрое и тихое кровопускание. Конечно, это не для публичной oгласки". И так, вожделея о президентстве, Джой устраивал для своих товарищей и сотрудников настоящую бойню.

Почему он не остановился и не спросил: "А нет ли другого пути?" Потому что задавание вышестоящим служащим подобных вопросов не способствует продвижению по служебной лестнице. И потому, что он знал также, что для того, чтобы ему самому получить следующий ранг, нужно прежде вышибить оттуда имеющегося сейчас там сотрудника". Подписывая кредо Ейчмана, каждый из нас подписывает его для себя. Преуспевать в таком мире означает преуспевать за счет кого-то. Проблема в том, что не всегда расплачивается другой малый, приходит срок расплатиться каждому. В 1990 г. мой друг, консультант крупной экономической фирмы рассказал мне следующую историю.

В одной компании начала снижаться прибыль и служащие были поставлены перед выбором между 20%-ным понижением зарплаты и увольнением 20% служащих. Служащие проголосовали за сокращение штата. После того, как все было завершено, мой друг разговаривал с уволенными. И комментарии произошедшего чаще всего звучали как: "Я не думал, что это случится со мной!" Урок заключается здесь в том, что они слишком хорошо усвоили предыдущий. У них не возникало чувство беспокойства о других людях до тех пор, пока они внезапно не обнаружили, что они и есть эти "другие люди".

В книге Харвея приводится еще одна не менее поучительная история. Когда Гитлер пришел к власти, датчане отказались признать ее. История его ужасного времени повествует о том, что Гитлер и Эйчман не сразу начали расправляться с евреями. Они начинали с "маленьких ужасов" таких, как требование носить всем евреям идентификационные карточки. Следующим требованием стали повязки и затем последовали убийства. Это странно, но миллионы подчинились, миллионы неевреев молчаливо позволили Гитлеру творить произвол во имя борьбы с так называемой национальной угрозой.

Когда Гитлер и его военная машина оккупировали Данию, король Дании отказался выполнять нацистские требования. Вместо этого он обязал всех жителей Дании носить желтые звезды Давида. Датчане продолжали противостоять тирании, и датские евреи были спасены. Они просто не разделяли убеждения о том, что сильные могут принудить слабых стать своими жертвами. Это не было присуще их восприятию. Датчане ценили чужие жизни так же высоко, как свои и отказывались позволить страдать своим друзьям, соседям, приятелям.

* * *

Некоторые из нас все же не хотят усвоить урока и продолжают разделять убеждение системы о том, что жертвы и страх других необходимы для нашего благополучия. Или среди нас все еще остается кто-то, кто до сих пор не понял, что пока существует автократия, не важно в школах ли, на работе или дома, мы все являемся участниками ее тайного сговора. Жертвоприношение не происходит само по себе, оно всегда предполагает тех, кто позволяет сделать из себя жертву. Наш корпоративный мир, делающий нашу цивилизацию столь зависимой, заполнен людьми, панически боящимися производить какой-либо шум. Они в страхе держат языки за зубами даже ценой попрания их личной этики и морали. В эпоху политических и экономических потрясений 1980 годов некоторые наши деятели использовали пенсионный фонд страны в целях личной наживы. В конце концов с трудом заработанные пенсионные деньги были "легально" украдены еще большими умниками. В результате миллионы мужчин и женщин, верившие в то, что все разумно распланировали к пенсии в последние десятилетия своей жизни столкнулись в отчаяньем. Многие из них станут нуждающимися, зависящими от правительственных дотаций, друзей, членов семей или снова будут пытаться наняться на работу.

Где же кроются истоки такого негуманного поведения? Разве нас этому не учили достаточно часто, прибегая к сентенциям типа "человеческая природа" или "закон джунглей?" Хотя бы тот факт, что целая страна, такая как Дания, не разделяет такого способа жизни, разве не свидетельствует о том, что это наше системное убеждение не имеет ничего общего с естественным порядком вещей. Это всего лишь часть нашего восприятия и наших собственных жизней, впитавших его через образовательную систему. Однажды мы проснемся и спросим себя: "Как мы можем продолжать посылать пятилетних детей в систему, где слишком велика вероятность быть "слегка уничтоженным" каждый день в течение последующих двенадцати лет?" Как мы можем продолжать посылать наших детей туда, где система требует от некоторых участников образовательного процесса предопределенного провала? Как мы можем продолжать посылать наших детей туда, где принципы гуманности отданы в жертву пустой привычке?

Обучаясь, действительно ли кто-то из нас должен быть проигравшим, а кто-то победителем? "Нет! Однозначно нет!" Неудача оказалась участницей учебного процесса только потому, что так была разработана система. Но с тех пор, как мы создали эту систему, мы же не утратили способность менять ее.

Почему родители и учителя по-прежнему приемлют ее? Кто уполномочивал ее признавать вашего ребенка успевающим или отстающим, одаренным или нет? Почему родители, чьи дети не слишком хорошо учатся, позволяют им и всему классу мириться с этим?

Пойдите сегодня в любой класс в стране и понаблюдайте, сколько детей обязали быть хорошими и быть плохими изо дня в день, начиная со дня поступления. Даже пятилетних помешают в специальные группы в соответствии с имеющимися у них навыками. Если вы думаете, что дети не понимают, где они оказались в "быстрой" группе или "медленной" группе, подумайте над этим еще раз. Эти "быстрые" и "медленные" очень быстро трансформируются в "способные" и "тупые". Кто измерял эмоциональную боль, которая дремлет в подсознании и тайниках детской психики? Мы не можем себе позволить считать себя заботливыми в отношении своих детей исходя из наших суждений и образа мыслей.

Важно заметить, что в наше время существует несколько школ, в основном частных, которые осознают обсуждаемые здесь проблемы. Они разрабатывают методики, совершенствующие процесс обучения. Такими примерами можно признать Монтессори, Вэлдорф и метод Рудольфа Штейнера. Эти три системы без сомнения являются прогрессивными. И конечно есть еще и другие.

Традиционное образование зиждется на поощрении учащихся, признанных способными в систематическом "пропалывании сорняков", т.е. "тупых" учеников. Она не является системой, нацеленной на образование всех, кто в нее приходит. Она нацелена на выбор "самых способных" и их обучение. Вот почему существуют тесты, отметки, программы для одаренных, программы для слаборазвитых и ярлыки. Это система классифицирования, дискриминации и разделения.

Разве так сложно понять одну простую истину, которая заключается в том, что существующая система образования не изменится до тех пор, пока мы позволяем существовать мнению о там, что человеческое существо может быть тупым.

Многие коренные американцы употребляют фразу "Великий Дух" вместо слова Бог, как делают верующие. Я утверждаю, что Великий Дух не создал бы "тупое" человеческое существо. Концепция тупого человеческого существа существует только умозрительно, как субъективное обвинение в умах наделенных и боязливых людей, которые не освободились еще от эксплуатирующего убеждения системы, описанной здесь.

Я довольно часто делился этими соображениями с разными группами слушателей и часто становился мишенью для нападок. Я частично помню свой диалог с интеллектуалом из местного университета. Он соскочил в аудиторию со своего кресла с бородатой трясущейся челюстью. Он даже не мог достаточно быстро выразить свое возмущение моим словам.

- Как смеете вы говорить такое! - мычал он, у меня докторская степень. - Какую степень имеете вы?

- У меня БиСи степень, - ответил я. И я думаю БиСи достаточно авторитетно описывает, что имеется в виду.

- Как смеете вы порочить институт образования! - кричал он.

Такие необразованные и неинтеллектуальные люди, как вы, не должны выпускаться из стен университета. Вы клеймите образование в то время, как у вас нет права критиковать. Вы не являетесь аккредитованным профессионалом. Между прочим, где ваши верительные грамоты?

Я решил задать несколько вопросов: Вы считаете себя более образованным, чем я? - спросил я.

- Конечно, - сказал он. - У меня докторская степень.

- Вы в действительности считаете себя способнее меня? - спросил я.

Он стал чуть менее напорист.

- Да, считаю. У меня очень высокий результат тестирования.

Я снова задал ему вопрос. На этот раз я спросил, есть ли у него машина. Он утвердительно покачал головой.

- Вы ремонтируете ее самостоятельно или оставляете в мастерской?

- Я не знаю, как ее ремонтировать.

- Означает ли это вашу тупость по сравнению с автослесарем?

Он задумался на минуту. Увы, нет, конечно. Я полагаю, что оба мы талантливы, каждый в своей сфере. В действительности я всегда удивлялся насколько знающим казался мне мой механик не смотря на полное отсутствие степеней.

Я покачал головой. Профессор и я улыбнулись друг другу. В какой-то момент, наконец, мы начали смотреть на предмет нашей дискуссии под одинаковым углом зрения.

В течение своей жизни я обучился многим разновидностям бизнеса. Обычно они преподавались людьми очень разного происхождения и сфер опыта. На меня всегда производило впечатление то, как много он или она знают в своей специализации. И все же у меня никогда не возникало чувства собственной тупости от того, что кто-то знает значительно больше меня. Каждый просто вносит что-либо из своего багажа. Это называется кооперацией. К сожалению, во многих школах такая кооперация считается мошенничеством.

Являясь профессиональным инструктором, я считаю чрезвычайно важным сводить свое оценивание других людей к минимуму. Я делаю все от меня зависящее, чтобы поддержать мнение о том, что каждый ученик в классе способный в какой-то своей сфере. Моя работа заключается в том, чтобы подтвердить и поддержать значимость каждой личности. Когда я этого не делаю, или когда я теряю длительность, или когда я начинаю говорить с ними с позиции правоты моей точки зрения, я быстро замечаю, что возникают проблемы. Когда я говорю с ними с позиции человека, знающего больше, они или начинают со мной бороться или уходят в себя. Если я начинаю обращаться с кем-то, как с любимчиком, вырастают другие проблемы. И вот так я делаю все возможное, чтобы быть с ними на равных, чтобы быть кем-то, кто путешествует в самопознании, кем-то, кто имеет только опыт и никаких готовых ответов и, наконец, кем-то, кто провоцирует класс на поиск собственных ответов и собственных сил.

Великий Дух не создавал тупых людей, хотя истинная правда в том, что каждый из нас в чем-то более способный, а в чем-то менее. Я всегда могу отыскать кого-то более кого-то менее способного в том, что лежит в фокусе моего внимания. И, к сожалению, на это всегда нацелена образовательная система. Существующая система образования исключает массы и фокусируется вместо этого на тех нескольких, кто быстро и легко и с наименьшими трудностями для учителя обучается. Система всегда судит и оценивает кто способный, кто нет. В конечном итоге мы должны осознать тот факт, что возможно создать систему, которая будет способна обучать любого и всех вдохновлять на обучение без оценивания способностей и без приоритета "правильных" ответов.

Одним из предубеждений существующей системы образования является тот факт, кто те, кто получают хорошие отметки в жизни становятся победителями. Разве это так? Нет, конечно нет. В любой закрытой системе ничто не имеет только один вариант. Если человек играет с действительностью в игру, победитель-проигравший, он обязательно должен примерить на себя обе роли. И также, как происходит с большинством вещей в жизни, парадигма победитель-проигравший является всего лишь точкой зрения.

Исследуя далее эту тему, давайте обратимся к спорту, которые естественно предполагает кажущихся победителей и проигравших. Когда я изучал военное искусство, к примеру, я потерял много времени. Но всякий раз проигрывая, я обучался и в конце концов получил черный пояс. Но задача состояла в том, чтобы победить остальные черные пояса, и некоторые из этих ребят казались довольно сильными противниками. Двоих из них я откровенно боялся. И все же я ждал соревнований. Одного бойца звали Чарльз, другого Вильям. Мы все втроем были приблизительно одинакового роста и веса. Всякий раз, когда я выскакивал на ринг с одним из них мое сердце колотилось от страха. Обычно ни один из двоих даже не улыбался пока мы обменивались первыми ударами. На всех турнирах я дрался с ними и ни разу не побеждал. У меня всегда бешено колотилось сердце и я часто уходил с ринга прихрамывая после финальных поклонов. По окончании матчей мы часто обменивались друг с другом мнением о том, что является слабым местом каждого из нас. Они оба рассказывали мне как нужно бить, чтобы победить их. Наша любовь и взаимное уважение росли. Мы хотели, чтобы каждый из нас стал лучше.

Но такого рода опыт многие из нас имеют в школе. Детей обязывают спокойно наблюдать за противоборством отметок своих товарищей и одноклассников с целью выявления наиболее способных. Студенты же сдают свои тесты в одиночку и чаше всего в одиночку же и терпят поражение.

Когда я учился в школе, я блестяще играл в футбольной команде. Мы были одной из самых сильных команд штата. Мы постоянно с легкостью обыгрывали своих соперников. Нам это нравилось и чем больше игр мы выигрывали, тем сильнее становилась наша команда. Так происходило до одной игры. Наш тренер враждовал с тренером команды противника. Я не знал причины этой вражды, я только знал, что она была серьезной.

Перед игрой наш тренер визжал от возбуждения, ожидая полного разгрома. Он требовал, чтобы мы разделались с этой командой, как еще ни с кем до этого. К середине игры разрыв в счете и унижение нашего противника были столь очевидны, что всем было ясно, что игра исчерпана. В раздевалке тем не менее наш тренер требовал еще увеличить разрыв в счете. Он хотел учинить им настоящий разнос, которого бы они никогда не забыли. Мы подчинились в точности.

Без сомнения мы в тот день выиграли, но наша команда потеряла нечто ценное. Некоторые спортивные обозреватели критиковали нас за спешку в игре. Мы спорили, называя их позицию кислым виноградом. Каш тренер продолжал натаскивать нас на победу, мы все усерднее тренировались и продолжали выигрывать. Да, но большинство из нас чувствовали сердцем, что что-то мы утратили в той игре. В тот лень мы пожертвовали человечностью.

Я надеюсь ошибочным будет предполагать, что воспитывая наших детей, мы утратили гуманность. Мы нуждаемся в теплой поддержке в процессе обучения. На игровом поле команда, которая не любит противника, не состоялась полностью. Это не означает, что вы не должны делать все возможное, чтобы победить. Это лишь означает, что вы никогда не должны терять любовь и уважение к противнику. Наилучшей частью игры в регби, в которой я принимал участие, когда закончил колледж, были дружеские посиделки с пивом с противоположной командой после матча. Моя любовь и уважение к тем людям были необычны, что все это не помешало мне предупредить их о том, что я вернусь в следующую субботу и преподам им урок, особенно, если я пропущу игру. В спорте вы можете пропустить игру, но никогда нельзя терять любовь к игрокам противоположной команды.

В Китае во время Культурной Революции одновременно сотни тысяч людей должны были осваивать новые знания. Они обучались новейшим фермерским технологиям. Люди должны были знать все в строительстве домов и ферм. Другие должны были изучать народную медицину, преподавание и даже древние навыки.

Удовольствие по поводу возрождения культуры было столь велико, что каждый старался вложить свой вклад в общее дело - крошечные дети, подростки, молодежь и даже совсем старые люди. Если группа людей собиралась вместе, чтобы обучиться, к примеру, управлением трактором, занятия продолжались до тех пор, пока каждый не овладевал навыком вождения. Студенты, которые обучались быстро помогали тем, кому требовалось больше времени. Хотя период Культурной Революции имел почву для оправданной критики, девизом тех лет было: "Прежде дружба, а потом соревнование".

В современной академии каждый стремится получить максимальный балл. Когда занятия заканчиваются, подсчитывается общее количество баллов с тем, чтобы определить кто сдал, а кто нет. Кто-то обучался на практике, кто-то нет. "Проигравшие" страдали от поражения в одиночестве, победители праздновали. Вы могли заметить, что часто лучшими студентами в академии становились социальные интраверты, блестящие в академическом образовании, но социально неактивные. Они были либо сами по себе, либо общались только с такими же, как сами. Именно они считались эталоном в школе. Такого сорта студенты всегда выполняли все требования и подчинялись правилам. Они рано усвоили урок о том, что любить и помогать одноклассникам непозволительно, что считается мошенничеством. Они избегали заводить близкую дружбу, когда помощь другу равнялась потере собственной позиции самого "способного" в классе.

Совсем не случайно многие люди, стойко защищающие существующую систему образования, одиноки. Порой кажется, что они вынуждены доказывать каждому какими способными они были в школе, и как много они получили степеней. Будучи полностью поглощенными системой, они осознавали, как игру в самоуправляемый кораблик. Как только появлялся кто-то, тщательно обученный системой, знания отступали на второй план. Важно было сколько степеней в рамочках висит на стене и сколько существует трофеев, доказывающих его исключительность.

Чем больше мы изучаем инфраструктуру наших школ, тем лучше понимаем, что в наших институтах высшего образования существует три типа студентов. Первый, это чистые академики. Они учатся, потому что они рождены, чтобы учиться, и они любят это. Вторая группа состоит из людей, которые в школе в основном из-за "бумажки", которая позволит получить высокооплачиваемую работу. Они заканчивают школу, получают степень, показывают ее нанимателю, как доказательно того, что имеют заработанное право на данную работу и, таким образом, получают в реальном мире то, на что рассчитывают. Третья группа включает студентов, которые посещают школу к собирают степени в надежде, что они помогут им ухватить суть знания, овладеть его основами. Конечно, часто бывает, что и диплом не даст точки опоры, Вместо этого слишком многие из них прячутся за титулами, активно занимаются организаторской деятельностью и судят мир и окружающих по наличию степеней. По сути они помещают себя внутрь придуманного ими же самими театрального представления.

Когда я был военным, я встречал много таких людей в основном в офицерском корпусе. Для многих офицеров единственным способом заслужить уважение было околачивание в барах в своей униформе. Они исключали для себя возможность быть оцененными за собственные поступки. Единственной серьезной их заботой было получение очередного ранга.

Фильм Робина Вильямса "Доброе утро, Вьетнам" очень точно отобразил вьетнамский опыт. В основном фильм напомнил мне жизнь высшего состава талантливых офицеров и мыслителей, В штабе и на фронте Робин Вильямс изобразил офицеров, которые считали себя всюду неотразимыми и злоупотребляли данной им властью. Оказавшись же в экстремальной военной обстановке имели слишком бледный вид.

Но даже нет необходимости оглядываться на военных, часто злоупотребляющих властью, когда мощные организации в государстве заполнены подобного рода служащими. Они находятся в постоянном поиске громких титулов, таких как вице-президент или босс. Или они беспрестанно хвастают своими степенями, чтобы как-то поддержать в себе чувство самоуважения. Они всегда рады чужому поражению, тогда лишь они чувствуют себя уверенно. Но такой жизненный рецепт не слишком хорош, поскольку всегда находится кто-то, стоящий выше. Эту группу часто именуют "безостановочными средними менеджерами", и она бывает незаменима в выполнении вышестоящих инструкций. Они не слишком сообразительны, но являются хорошими исполнителями. Они в любую минуту готовы выпрыгнуть из седла, если что-то пойдет не так.

Мы едва ли отыщем среди обличенных властью тех, кто добился ее только лишь благодаря титулам и рангам. Разве секрет, что зачастую они достаточно деструктивны в особенности, если речь идет об индивидуально творчестве. В бизнесе, военном искусстве, религии и образовании эти чиновники стараются искоренить творчество, где бы они его не находили.

Спросите большинство учителей, какими были эти люди в школе. Кроме того, большинство учителей хотят перемен, но как только обращаются в вышестоящие инстанции со своими реконструктивными предложениями, двери перед ними мгновенно захлопываются. Наш мир нуждается в творчестве более, чем когда-либо, если мы хотели, решения современных проблем. Но это творчество никогда не появится на современной глади общества и не расцветет в нашей системе образования, в ее застойных водах, тщательно оберегаемых людьми, чьей единственной заботой является достижение власти, а отнюдь не бескорыстный вклад во всеобщее благоденствие. Наша образовательная система не изменится до тех пор, пока мы позволяем доминировать, чьим приоритетом является власть.

Естественно, это истинно не только для образования, но и для всей бюрократической системы в целом, от которой зависима наша цивилизация.

Те, кто хотят сохранить существующую образовательную систему руководствуются в основном не необходимостью изменения нашего мира к лучшему, а явной потребностью превосходствовать над другими людьми. Они голосуют за статус кво не потому, что убеждены в его полезности и эффективности, а потому что у них нет другого способа удовлетворять собственные амбиции. Между тем, как существующая система поддерживает сама себя, ее скрытая сущность вынуждает каждого держаться особняком, лишая таким образом людей возможности познать радость творчества в кооперации и любви.

Несколько лет назад, когда исчезли ограничения на въезд в Китай, я ухватился за возможность посетить его. Было интересно поговорить с полненькими розовокожими китайцами на восточной стороне (Тайвань) и со смурыми китайцами на коммунистической стороне. Они похожи были на две совершенно разные расы. Однако все различие заключалось в правительствах. Что я запомнил лучше всего, это как смуглые китайцы, некоторые из которых жили в глиняных хижинах, злились на своих богатых соотечественников за то, что они не делились своими богатствами. В то же время на восточной стороне богатые тайваньские китайцы жаловались, что их коммунистические соотечественники не имели понятия о том, как тяжело на Тайване приходится трудиться, чтобы достичь такого высокого уровня жизни.

Каждая сторона затаила обиду, и между ними пролегла граница, существующая только в их умах, но также прочно их разделяющая, как любая материальная.

Но так ли уж мы в США далеки от этой схемы? Тревожная правда заключается в том, что не так. Мы обучились с необъявленной экономической войной независимо от расы, цвета кожи, пола и происхождения. Те, кто наверху, хотят верить, что все хорошо, что все так, как и должно быть. Они даже занимаются благотворительностью, и это поддерживает их сердца. Они удерживаются в некоей изоляции своего круга, не желая ничего знать о страданиях за его границей.

Было бы, с другой стороны, неверным слепо обвинять их во всех бедах, в то время, как каждый из нас в свою очередь также держится особняком. Мы все проходим через эту систему убеждений, не всегда осознавая истинную подоплеку своих поступков. Когда в нежном пятилетнем возрасте нас научили неизбежности существования победителей и проигравших, нам неоткуда было взять критический взгляд на то, к чему это приведет в последствии. Победители и проигравшие существуют потому, что нас научили так думать, и обучение это началось достаточно рано, так что встав взрослыми нам не приходит в голову начать это опровергать.

Если мы мыслящие люди и хотим наслаждаться своим величайшим потенциалом, нам пора менять отживший образ мышления. Если мы хотим научиться действовать сообща, мы должны прекратить оценочную деятельность и рассматривать других людей просто, как людей. Но такая эволюция не получит права на существование пока мы будем продолжать отворачиваться от тех "маленьких" жестокостей, которые ежедневно совершаются в школах. Год за годом наши дети проходят сквозь систему, которая сортирует, классифицирует и оценивает их. "Тупые" идентифицируются достаточно рано. Затем "одаренные" обучаются причислять себя к другому разряду, нежели их менее удачливые товарищи, чьи интересы и цели полностью игнорируются. Они могут быть помещены в специальные классы и даже им может быть оказана некоторая специальная помощь, но подтекст таких мероприятий всегда один: система ценит их намного меньше нежели тех, кто на вершине успеха.

Через некоторое время дети принимают эти правила игры и даже поддерживают их. Как результат, мы выращиваем людей бессердечных людей, большинство из которых нуждается в более тесном эмоциональном контакте с окружающими, как собственно и остальные из нас. Такого рода соревнования воспитывают одиночество и чувство изолированности не только у тех, кого поощряет система, но и у каждого из нас. Часто ли идем по жизни, не зная радости истинной дружбы и поддержки со стороны других. Думая о прошедших днях, вы, испытывая боль, прощаясь с кем-то, о ком вы искренне заботились. Большинство из нас давно научилось подавлять в себе подобные качества. Без такого подавления способность отворачиваться от друга никогда бы не смогла реализоваться в школе. Пока мы взираем на то, как это происходит, мы недалеки от преступления против гуманизма гитлеровской Германии. Может мы не ощущаем физической границы между собой и другими людьми, но без сомнения чувствуем заброшенность в наших сердцах.

Только теперь благодаря растущей тревоге за глобальные проблемы окружающей среды мы, наконец начинаем понимать свою принадлежность к единой закрытой экосистеме, которую мы называем планетой Земля. Несколько лет назад мы слышали, как люди с севера говорили о том, что их не касается вырубка деревьев в Южной Америке. И этому никто не помешал. Сейчас мы вес начинаем мыслить шире, видя, что все происходящее в Южной Америке, к примеру, отражается на всей планете.

Тогда почему мы все еще слышим мнения некоторых людей о том, что они не интересуются тем, что правительство и корпорации захламляют нашу планету ядерными отходами. Эти люди еще не осознали, как мы едины на нашей маленькой планете. Слава Богу у нас хотя бы есть преданные, заботливые люди, которые информируют о том, что здоровье планеты - эти всеобщая задача.

Когда мне было 15, я завалил свой английский и должен был повторять этот годовой курс снова. Мой отец спросил меня, как я в связи с этим себя чувствую. Я ответил, что у меня нет с этим больших проблем. Затем он спросил меня, считаю ли я, что заслуживаю самого низкого балла, Я сказал, что нет. После этого, одна треть учеников завалила этот предмет. Мне просто довелось быть одним из первых. И все мы знали, что это была не наша вина, что все мы получили плохие отметки. Мой бедный отец подпрыгивал до потолка. "Никогда не ленись отстаивать свою позицию, если считаешь, что в тобой поступили несправедливо. Несправедливость всегда ведет к еще большей несправедливости". Он был очень зол на меня не за то, что я получил низкий балл, а за то, что я смирился с несправедливостью.

Как заметил в своей книге Харвей, маленькие жестокости ведут к большим. Мой отец учил меня как нужно давать сдачи, даже если я не могу быть полностью уверен в том, что я прав. Он преподав мне бесценный урок в отношении правил, этики и морали: мы должны заново переоткрыть для себя все истины, а не просто принимать их навязывание со стороны. Учителя научились меня опасаться. Они знали, что я не сдаюсь и не всегда соглашаюсь со своими отметками. Но уроки моего отца не закончились с окончанием школы. Они продолжали служить мне долгие годы, когда я был во Вьетнаме. Однажды я нашел в своем вертолете маленького мальчика, который был взят за Да Нангаи. В соответствии с военным уставом, я имел все права, если не обязанности, застрелить его. Это был мой долг, как военного офицера. Я одновременно защищал и собственность Соединенных Штатов, и свою собственную жизнь. Но как раз, когда я прицелился и был готов нажать на курок, я посмотрел и глаза мальчика, что же я прежде всего увидел в них? Я увидел в них другого человеческого существа, а не коммуниста, как меня учили думать. Я обвинял себя в том, что не искал другого способа решения проблем, а позволял себе бездумно выполнять то, что считал истинным человек более, как мне казалось, авторитетный, чем я сам.

Через три недели после истории с мальчиком мы стояли на якоре в Гонг Конге. Наш эскадрон получил срочное сообщение, что мы должны немедленно вернуться во Вьетнам. Мы должны были принять участие в крупной военной операции недалеко от границы между Северным и Южным Вьетнамом. Я больше не вернулся на свой корабль. В этот день я принял одного из тяжелейших решений в своей жизни. Я несколько часов гулял по улицам со звенящими мозгами и весь дрожа. Остальные пилоты назовут меня трусом и предателем. Я понимал, что это не самый достойный способ выразить мой отказ сражаться. Но я также знал, что не могу более сражаться и убивать только потому, что мне приказывают это делать. Остальные пилоты не поняли того, что для меня снова летать и убивать было проявлением трусости.

Взглянув в тот день в глаза этого ребенка, я как будто пробудился от спячки. И более никогда уже не следовал общепринятым правилам, если они не совпадали с моими убеждениями. Прежде всего я прислушивался к своей этике прежде, чем продать дух и душу в угоду одобрения друзей. И долго еще я не мог прийти в себя, подолгу стоя в тишине и глядя в окно, как будто был раздавлен системой.

С того дня во Вьетнаме в 1972 г. я честно искал альтернативу системе. После войны с Ираком, и когда завершились все парады, я стал удивляться почему Соединенные Штаты не обратятся к своим внутренним победам: наши бедные и бездомные, агрессия и озлобленность, кризис здравоохранения, загрязнение окружающей среды, и этот список не исчерпан. Мы не можем закидать эти проблемы бомбами и заставить их нас покинуть. Демонстрация силы их не решит. Надеюсь, мы, как мыслящие существа, приближаемся к осознанию того факта, что наши проблемы не могут далее решаться убийством и увечьями других.

Мы начинаем менять нашу образовательную систему, изменяя свои мысли. Важно, чтобы мы начали осмысливать тот факт, что не существует тупых и способных людей. Все равны. Как сказал один ребенок, участник Специальных Олимпийских Игр, мы не тупые, мы просто медленнее обучаемся некоторым вещам.

И так обстоит с каждым из нас. Мы все быстрее в одном и медленнее в другом. Так этот мир устроен. Каждый имеет свой уникальный талант. Задача обучения вдохновлять и развивать этот талант, пока он не расцветет. Эти человеческие таланты не расцветут в среде, подавляющей творчество, где запоминание фактов, цифр и формул, которые взрослые считают необходимыми, является приоритетным. Что бы ни случилось, если бы у нас были школы без тестов и экзаменов? Можем ли мы, взрослые, доверить внутренней душевной организации ребенка, данной Богом, отыскать все те знания, на которые он изначально нацелен? Можем ли мы достаточно им доверять и оставить их в покое - или вы считаете, что мы должны брать на себя божественные функции и контролировать процессы, происходящие в головах детей?

Как часто мы всего лишь навязываем собственные страхи, убеждения и желания нашим детям во имя образования? Мы должны учиться доверять способности наших детей думать и спрашивать, когда они готовы выучить что-нибудь новое.

Убеждение в том, что "мой ребенок прекрасно успевает" не имеет само по себе значимости. Если мы не осознаем в ближайшее время, что живем в закрытой системе и что причины нищеты, безграмотности, преступности, безысходности, обреченности и одиночества только в том, что мы это допустили и склонны даже увековечить такую систему, мы обречены на потерю гуманизма. Ни одному из нас не удастся преуспевать, если остальные будут принуждены жить за чертой бедности. И мы расплачиваемся за это каждый день! Что нужно, чтобы мы поняли, что пока хоть один ребенок терпит неудачу в школе, мы все неудачливы в каком-то смысле?

5. ГДЕ МОЯ ЗАРПЛАТА?

"Американские организации и их служащие погрязли в психологии обязаловки, упрямо утверждающей, что вы стоите столько, сколько получаете, a не столько, сколько зарабатываете."
Юдит М. Бардвик

- Где моя зарплата?

- Где моя зарплата?

- Где моя зарплата?

- И это все, о чем в наше время думают люди?

Дэйв мерял шагами свой офис.

- Вот пожалуйста, сейчас только полдень, а уже шестеро спрашивали о зарплате.

Дэйв выглядел подавленным.

- Они всегда говорят мне, что должны отвести детей к врачу или что-нибудь вроде того. Они, должно быть, думают, что я тупой.

Стук в дверь прерывает пашу беседу. Это следующий желающий пораньше получить зарплату.

- По крайней мере этот не просит отпустить его после обеда; вместо себя он прислал жену, - говорит Дэйв после того, как наша посетительница просмотрела свой чек и покинула офис.

Дэйв медленно подходит к своему столу и садится в кресло, - Я не знаю, как эти люди делают это. Они живут от зарплаты до зарплаты и большинство из них исчерпало лимит кредитных карточек. Я знаю это потому, что они сами мне часто говорят свой банковский счет. Все мои служащие имеют дипломы высших школ и степени колледжей. Как эти образованные люди могут постоянно попадать в финансовые переделки?

Дэйв, мой старинный друг, пригласил меня обсудить некоторые проблемы, возникшие в его компании. В его компьютерной компании стали ухудшаться дела, и он уже приготовился уволить одну треть своего персонала, состоящего из 30 человек. Служащие были обеспокоены, они ожидали повышения зарплаты, которому не суждено было сбыться. Теперь Дэйву придется сказать им, что они еще и потенциальные безработные.

- Я не могу повысить им зарплату, когда совсем нет прибыли, - сказал он. - Но если я не предложу повышение, то потеряю лучших своих людей, и останутся лишь те, кто не сможет найти работу в другом месте. Он остановился и какое-то время раздумывал. - Я не могу выиграть. Если мои люди покинул меня, я проиграю в любом случае.

Он уставился в пол.

- Я не хочу терять ни одного. Большинство из нас вместе уже годы, и я считаю их частью своей семьи. Мне неприятно слушать об их денежных проблемах, но факт остается фактом - эта компания тоже имеет денежные затруднения.

В итоге Дэйв заглядывает мне в глаза и спрашивает.

- Как тебе удается избежать проблем со служащими, если у тебя офисы по всему миру? Твоя прибыль растет, не так ли?

Я покачал головой.

- Разве твои работники не хотят больше денег, если ты делаешь больше денег? Как часто ты повышаешь зарплату? Дэйв вздыхает и ждет моего ответа.

Я медленно начинаю;

- Во-первых, у нас нет работников в традиционном смысле этого слова. В противном случае мы бы разорились и не смогли заниматься бизнесом. Большинство людей, с которыми мы работаем, независимы. Они работают с нашей компанией, а не на нее. Они знают, как делать деньги, или находятся в процессе обучения, как делать деньги для себя.

Дэйв выглядел озадаченным:

- Какая разница между тем, работаешь ты за деньги или делаешь деньги? - спросил он, быстро уловив слабую границу, которую я провел между этими двумя понятиями.

- Работа за деньги - всего лишь малая часть процесса создания денег. Я использовал аналогию с ездой на велосипеде, чтобы объяснить ему свою концепцию. Работа - это как педальная часть. Это важная часть, но в процессе езды вовлечено еще много чего. Если все, что ты знаешь, это как крутить педали, ты обречен разбиться. К сожалению, большинство людей думает, что для езды на велосипеде кроме педалей больше ничего знать необязательно. Они вращают ими все усерднее и усерднее, но в лучшем случае остаются на месте. Они не изучают как сохранять равновесие или рулить. Если им все еще удается удержаться, так это потому, что они наверняка взяли один из тех стационарных велосипедных тренажеров, который прочно фиксируется на своей подставке, даже если вы вращаете педали, как сумасшедший.

Дэйв хмурится, он явно смущен. Но в нем также явно прослеживается интерес.

- Продолжай, - говорит он. - Я хочу услышать больше.

- Каждый, кто работает с нашей компанией, постоянно развивает свои умения в создании денег, не ожидая просто зарплаты. Мы - больше, чем просто бизнес, мы - школа. Люди, работающие с нами, учатся быть универсальными в бизнесе и могут занять любое место в нашей организации. Мы постоянно готовим всех, кто имеет к нам отношение, быть универсалами в бизнесе. И хотя у нас строгие правила и стратегия, мы поощряем эксперименты, прощаем ошибки, корректируем их и сообщаем об их результатах на совещаниях. Наш бизнес всегда растет. Все мы постоянно учимся и меняемся. И это уж точно не скучное место, поверь мне. Вот о чем я хотел еще сказать. Наша организация не охвачена какой-то бредовой идеей. Но если кто-то не испытывает какую-то новую идею в действии боясь ошибки, мы провоцируем в нем такие стремление. Я повернулся к Дэйву и спросил:

- Что делает большинство твоих работников, чтобы заработать зарплату?

- Они усиленно работают на своих рабочих местах.

- И ты не вовлекаешь их в полный цикл бизнеса?

Дэйв смотрит на меня и спрашивает:

- Ты имеешь в виду планирование, принятие решений, решение проблем и подобные веши?

- Да.

- Ну, пожалуй, что нет, - отвечает он колеблясь. - Большинство из них не интересуется или они просто не знают достаточно.

- Итак, они просто работают и получают зарплату. Верно?

Дэйв кивает, морща брови обдумывая все, что я говорю.

- Ну, и как же ты определяешь, что работнику следует повысить зарплату? - спрашиваю я.

- У них регулярное повышение зарплаты за выслугу лет или же они получают повышение по должности, что автоматически повышает и их зарплату.

- Получается, что чем дольше они здесь работают, тем больше они получают?

- Именно так, А также у нас хорошие страховки и пенсионный план. И премии бывают часто, хотя, впрочем, оказалось, что как бы велика она не была, она не делает работников счастливее. Они всегда считают, что заслуживают большего. - Он замолкает и пожимает плечами, подчеркивая свое недоумение. - Но теперь все это больше не имеет значения потому, что мы не получаем прибыли и нет больше разницы давать премию или нет. В действительности, многие из моих служащих теперь на грани увольнения.

- Давай взглянем на все это пристальнее, - говорю я. - Ты говоришь мне, что твои люди приходят, выполняют свои обязанности, трудятся а поте лица, не совершают ошибки, подсчитывают зарплату. И затем идут домой. Я ничего не забыл?

Дэйв пытается защищаться.

- Нам нравится вместе работать. Мы получаем удовольствие, они говорят, что я хороший босс.

Я поднялся с кресла, подошел к демонстрационному стенду и написал:

Где моя зарплата

Я повернулся к Дэйву.

- Неужели тебе не надоели эти слова?

- Я сыт ими по горло! - подтвердил Дэйв.

Я попросил его сходить к стенду и обвести первую букву каждого слова в кружок.

Затем я попросил его прочесть слово, получившееся из обведенных в кружках букв.

Дэйв несколько секунд постоял в тишине, а затем медленно прочитал слово буква за буквой. - Заноза! Получается "заноза" - воскликнул он, удивленный своим открытием.

- Дэйв, ты или управляешь кучкой "заноз", или они вонзились в тебя, как занозы. Одно из двух.

Дэйв разозлился.

- Я хорошо отношусь к ним. Я забочусь о них. Здесь приятно работать. Я просто не могу платить им больше.

Я дал ему успокоиться, прежде чем начать снова задавать вопросы.

- Почему ты не обучаешь их бизнесу? Большинство из них высокопрофессиональные, отлично разбирающиеся в компьютерных программах, люди, верно?

Дэйв соглашается, что это действительно так,

- Почему бы не наделить их большей ответственностью и разрешить им принимать участие в управлении компанией.

- Как это делаешь ты, - отвечает Дэйв, все еще защищаясь.

Я киваю.

- Ну, во-первых, многие из моих работников не хотят знать больше о бизнесе. Они хотят только свою зарплату. Они хотят заниматься только той работой, которую умеют делать. Многие из них думают, что бизнесмены вроде тебя и меня - мошенники. Они считают, что мы зарабатываем слишком много денег и эксплуатируем их. Они не желают становиться частью этого; все, чего они хотят, это зарплату, льгот, отпуска и достойную пенсию. Меньше всего хотят больше работы и ответственности!

Напряжение росло по мере того, как он высказывал наболевшее.

- Если я научу их, как вести такой бизнес, они оставят мою компанию, откроют свои и станут конкурентами. Им больше не нужны будут ни я, ни моя компания!

- Ну, вот теперь мы подошли к непосредственной сути вопроса, - говорю я, мысленно благодаря Дэйва за разоблачение его истинного страха. - Теперь мы должны потрудиться. Мы должны вскрыть корень проблемы, - Знаешь ли ты, что такое объединенная со-зависимость? - спрашиваю я Дэйва.

Он встряхивает головой.

- Нет.

- Co-зависимость, - говорю я, это психологический термин, призванный описывать человека, которого привлекают люди с дурными наклонностями. Проще говоря, предположим, к примеру, что ты со-зависим и тебя привлекают алкоголики. Ты можешь очень сожалеть о том, что твой партнер имеет алкогольную зависимость. Ты можешь критиковать его и даже умолять извиниться. Но правда состоит в том, что ты так же зависим от своего партнера, как он зависим от алкоголя. Кстати, если ты действительно зависим, ты, вероятно, начнешь терять интерес к своему партнеру как только он или она перестанут пить. И очень скоро ты снова будешь высматривать нового алкоголика, чтобы попасться к нему на крючок.

Co-зависимые живут в этом замкнутом круге, ненавидя его, но снова и снова возвращаясь к одной и той же модели поведения. Они верят, что жизнь - это постоянная борьба за выживание и, конечно, это истинно для них столько же времени, сколько такая деструктивная модель сидит в их психике.

Для большинства людей партнерство работник-работодатель является со-зависимым. Оно базируется на наклонности к выживательному принципу. Как раз то, что они в таком партнерстве считают наиболее привлекательным, станет со временем причиной их неудач. В нашем случае имеет место наклонность к зарплате. Не то, чтобы мы не нуждаемся в деньгах, мы нуждаемся. Когда общество было аграрным, мы были в состоянии заплатить ренту картошкой. Но можете ли вы представить саму вероятность отправки пяти мешков картофеля в уплату за коммунальные услуги или ежемесячную поставку в банк трех свиней в качестве уплаты за квартиру? Конечно нет.

За последние сто лет деньги стали так же банальны, как воздух, вода и пища. Они являются синонимом выживания, и когда выживание под вопросом, люди становятся отчаянными. Из страха они используют самый легкий, быстрый и безопасный способ зарабатывания денег. Они перестают рисковать, учиться и развивать свой потенциал.

Несмотря на то, что деньги занимают такое важное место в нашем общества, наша образовательная система не решается прямо говорить об их важности. Как упрямый со-зависимый, который не хочет подумать о том, что он может сделать, чтобы освободиться от сетей алкоголиков, система образования отказывается рассматривать вопросы обучения денежным принципам, этике денег и тому, как в действительности работают деньги.

Иногда мне кажется, что наше общество избегает говорить на денежные темы. Даже, если мы говорим об этом или на телевидении обсуждаются эта тема, зачастую используются стерильные возвышенные термины, не отражающие истинный смысл этого понятия, И наша образовательная система которая несет ответственность за преподавание экономических навыков, продолжает навязывать теме денег имидж коррупции и зла. Не поймите меня превратно. Деньги могут коррумпировать. Но складывается впечатление, что система забывает о том, что деньги еше и часть культуры современного мира, и они могут быть эквивалентны массе хороших вещей, не обязательно материальных, кстати сказать. Говорить о том, что деньги - это всегда зло и коррупция в мире, который зиждется на денежных принципах, то же самое, что утверждать, что свиньи и картошка способствуют в аграрном обществе коррупции.

Наша социальная система предлагает изначально неверную модель успела: если трудиться усердно и много, если выполнять все требования, не совершать ошибок и тщательно запоминать все, что вам говорят, то все как-нибудь образуется. Бог простит, если вы станете поступать по собственному разумению или проявите инициативу. Наша система поощряет нашу специализацию и затем обещает хорошую надежную работу.

Может быть сто лет назад это могло сойти за хорошую идею. Но сегодня просто не существует такой вещи, как гарантированная работа. В нашем быстро меняющемся мире миф о надежной работе жив только благодаря школам и непосредственно самому бизнесу, которые, естественно, осознают истинное положение дел. То же самое можно сказать и о вашем собственном пути к успеху, по вашим собственным правилам, совпадающим, кстати, с теми чему вас учили. Это устаревшая идея. Как много раз мы карабкались по служебной лестнице. И уже совсем были близки к вершине, как вдруг обнаруживалось, что лестница приставлена к стене, которая рушится.

Позвольте мне высказаться предельно просто. Гарантированность возможна, но найти ее теперь можно только в специфической работе. Единственный способ обретения гарантий пролегает через наши собственные знания. Мы должны знать, как деньги работают в нашей жизни. Мы должны знать, как быть гибкими и как меняться и приспосабливаться, когда это необходимо. Мы должны знать, как приобретать новые навыки и быстро адаптироваться независимо от того, что случится. Если коротко, то мы должны знать, как быть во-первых, универсалом и во-вторых, специалистом.

Когда я говорю: "Давайте научимся использовать деньги", - я не имею ввиду умение манипулировать и эксплуатировать других во имя накопления все большего количества денег. Это всего лишь еще одна форма привязанности, которая не поможет стать счастливее или чувствовать себя в безопасности. Приведу пример:

В середине 70х бизнес-школы начали учить студентов быть "жонглерами" или так называемыми финансовыми манипуляторами. Вместо того, чтобы учить их быть дальновидными бизнесменами, которые создавали бы новые товары и услуги для расширения экономики, их научили эксплуатировать систему. Результатом этого стало падение экономики и возникновение у всех нас новых проблем. Некоторые из этих "жонглеров" закончили свою карьеру в тюрьмах и оставили доверчивых американцев с многомиллионными долгами и убытками.

Такого рода со-зависимость закономерно привела к экстремально-худшей развязке.

Школы бизнеса все еще обучают студентов делать деньги из денег, таким образом готовя финансовых менеджеров вместо смелых бизнес менеджеров. Получение больших зарплат и бонусов постепенно становится более важным, чем продвижение по службе. И это оправданно, т.к. став богаче, мы можем сделать больше для общества. А богаче мы сможем стать только, если расстанемся с со-зависимой дружбой с деньгами и честно научимся тому, как они работают.

Подумайте, каким бы мог стать наш мир, если бы мы учили людей создавать новые товары и услуги вместо финансовой зависимости. Почему бы нас не вдохнуть новую жизнь в сферу интерпартнерства, которая однажды сделает нашу страну великой, сферу, которая на данный момент кажется умирающей медленной смертью?

Нашим главным союзником в этом может стать образовательная система. Но, как всем известно, у нее большие затруднения. Преподаватели знают об этом, родители знают об этом и студенты знают об этом. Неспособность системы ответить на насущные нужды общества и на необходимые перемены внутри нас неизбежно ведет к краху. В каждом крупном городе народное образование превратилось в микрогосударство анархии, где никто ни за что ответственности не несет. Студенты понимают, что их обучают устаревшим вещам. Они знают, что информация, необходимая для их личного выживания в школе не преподается. Большинство из них поняли, что идея работать всю жизнь на одну компанию нелепа. Не смотря на это, имея все наши стереотипы в наших мозгах, мы упорно настаиваем на мысли о том, что выбор профессии нужно делать в подростковом возрасте. Но остановитесь и подумайте хоть немного. Скольким из нас довелось получить практику в компании или индустрии, которая еще не получила своего фактического статуса к моменту окончания нами вуза? И мы говорим сейчас не об ограниченном круге людей, а о миллионах.

Разве удивительно, что учащиеся часто бунтуют не только против школы, но и против общества? Они не глупые, им скучно. Они видят жизнь вокруг себя и знают, что то, что им дает школа, не соответствует окружающей их реальности. Поэтому они пропускают занятия, уходят со школы или мало ею интересуются. Большинство учащихся проходят этот процесс обучения только для того, чтобы получить диплом. Они считают, что диплом - это ключ к следующей двери. К сожалению, многих из них постепенно понимают, что годы, ушедшие на получение аттестата, - пустая трата времени, они не выигрывают ни в чем. Двери, о которых они мечтали никогда не материализуются, а если это все происходит, вовсе не обязательно, чтобы они открылись только от того, что у вас есть на руках диплом. И не только высшая школа страдает от этого. Статистика показывает, что среди выпускников колледжей, как никогда ранее в истории, много безработных.

Я встречал слишком многих, кто не понимает, что же случилось с их жизнями. Их мечты еще даже не начинали сбываться. Их доход вовсе таковым не является, и они понимают, что, если дела пойдут так и дальше, они подойдут к пенсионному возрасту с полной зависимостью от правительственных дотаций, едва сводя конца с концами. Они наблюдают ничтожно малое число людей, выигравших финансовое благополучие. Что касается их самих, они продолжают все усерднее трудиться в то время, как все дальше и дальше отстают. Что произошло с обещаниями хорошей жизни? - спрашивают они себя. Ведь они следовали всем тем правилам, которым их научило общество - быть хорошими, делать все, что говорят, усердно учиться и усердно трудиться. Что же пошло не так? Что же, они получат свой урок, объясняющий им что же пошло не так, но хорошо, ведь этот урок будет ложным.

К сожалению большинство усердных многообещающих студентов со временем превращается в со-зависимость от школ и колледжей заноз. Все, что они знают, это как усердно трудится и поступать, как им в свое время говорили в школе, несмотря на то, что работа более не гарантирована и не оплачивается настолько, чтобы поддерживать бешено растущий уровень жизни.

Единственный способ удержаться в этом постоянно меняющемся мире, это удержаться в знания. Наше истинное богатство - в том, что мы знаем. По работе я встретил столь многих, страдающих в нищете людей, "виновных" лишь в том, что не наделали в своей жизни достаточного количества ошибок. Они все еще в плену со-зависимости от школьных воспитательных тезисов и стараются избежать ошибок любой ценой. И это убеждение держит их в заключении, в плену собственного невежества более чем что-либо еще.

Вместо роста люди, которые вложили свою энергию в недопущение ошибок стали наркотически зависеть от зарплаты. В возрасте тридцати пяти лет они вдруг сознают, что ненавидят или теряют работу только потому, что их умения устарели. У них нет альтернативы, так как они даже не подозревают о своей зависимости или о том, что она делает с их жизнью.

А как же босс? К сожалению такой сценарий устраивает руководство большинства компаний. Компания, состоящая из со-зависимых заноз, никогда не разовьется до достаточного уровня. В конце концов ее доходы начнут падать и служащие от верхушки до основания с удивлением обнаружат себя уволенными и так и не смогут до конца понять, как же могло такое произойти, ведь они следовали всем тем правилам успеха, которым их в свое время научили. Служащие и владельцы, оказавшись в такой ситуации, захотят выпутаться из нее, желая разрушить старые принципы, но не будут знать, как это сделать. Не говоря о том, что большинство компаний, пораженных тем же "вирусом" не могут даже вообразить себе какую-либо альтернативу.

Сегодня появляется новый вид бизнеса. Эти успешные новые компании состоят либо из сотрудников-владельцев, либо сотрудников, которые платят за право у них работать. Я знаю, что это звучит абсурдно, - где это видано, чтобы работники платили за право работать в фирме? Однако сейчас это уже случается и похоже становится будущей тенденцией.

Самые успешные новые компании по недвижимости либо являются собственностью работников, либо работники платят ежемесячно определенную сумму, чтобы принадлежать к этой компании. Старый метод, по которому агент по продаже недвижимости делили комиссионные с владельцем компании, изживает себя.

Сегодня брокер или агент по недвижимости платит компании, которая рекламирует его услуги по всей стране или хотя бы в районе, в котором он работает. Сам агент занимается бизнесом для себя, тем не мене используя товарный знак компании и получая пользу от широкой рекламы. Но агенты ответственны за аренду офиса, документы, работу с собственными клиентами и ведение бумаг. Они сами оплачивают и телефонные счета, платят за лицензию и визитные карточки.

Ты прослеживаешь нить нашего разговора и уже понимаешь, вероятно, куда она ведет. Они более не живут в ожидании этого хлама - своей зарплаты, они не сидят на неподвижных велосипедах, "нажимая на педали". Они на дороге, в пути, рулят, балансируют и следят за движением. Они ответственны в каждой фазе процесса, который позволяет им жить.

С появлением этих новых структур в бизнесе менее удачливые агенты отметаются. Это бизнес типа "действуй или погибай". В результате работники держат компанию, а не наоборот. И эта схема работает!

На эту идею, чтобы служащие платили за работу в компании, стоит обратить внимание любому бизнесу. Люди хотят сами принимать решения, а не зависеть от босса, контролирующего степень надежности их работы или количество денег, которые они зарабатывают. В нашей компании так и заведено. Не только возрастает прибыль компании и прибыль работников, кроме всего прочего люди просто расцветают.

Наша же система образования все еше учит людей спрашивать "где моя зарплата?"

Сегодня каждый из нас платит за то, чтобы образовательная система делала людей бездумными роботами, которые сами загоняют себя в угол экономической со-зависимости и устаревания без навыков и знаний и без денег. Они остаются зависимыми от постоянной зарплаты потому, что они не знают как работают деньги.

Я остановился. Мой друг Дэйв сидел, уставившись на меня. Он не выглядел счастливым, но я должен сказать, что он начал выглядеть более интересным, чем когда-либо.

- Ты намекаешь на то, что моя зависимость от системы столь же велика, как зависимость моих служащих от зарплаты? - сказал он.

Я покачал головой.

- Но позволь с тобой не согласиться, на определенном уровне старая система все же работает. Люди продолжают получать чеки. Компании продолжают добиваться этого тем или иным способом. Место любого, кто потерпел неудачу, тут же занимает другой. Люди могут перемещаться с данной работу на другую. Но я не разделяю твоих чувств по этому поводу. Я вообще не считаю, что все так плохо.

- Позволь мне показать тебе кое-что, - говорю я. Я извлекаю из своего портфеля несколько таблиц, которыми собирался воспользоваться через пару недель на презентации и передаю их Дэйву. На одной из них написано:

Как мы все расплачиваемся за нашу неадекватную систему образования.

  1. Бизнес и правительственные лидеры, которые не умеют думать. Наши бизнес-школы создает MBA, которая изобретательна только в том, что считает успешным, доходы которой уменьшаются. Да она успешен, но только на бумаге. Они предлагают программы финансирований и приобретений, которые впоследствии ведут к скачкам биржевых цен и их краху. Степень МБи-Эй порой - это билет в высшие эшелоны бизнеса, допускающий отсутствие непосредственного опыта работы у своих владельцев. Эти новые лидеры теряют непосредственный контакт со служащими, как с живыми людьми, и бизнес становится лишь механической работой. Верхняя граница компании становится своеобразной душой и совестью компании, которая воспринимает служащих, как беспокойные, но необходимые ресурсы.
  2. Эксплуатация ресурсов. Западный бизнес верит только в то, что он может увидеть, потрогать, понюхать и попробовать. Он имеет дело только с осязаемыми объектами такими, как земля, нефть, золото, зеленые насаждения, урожай, техника и т.д. И, соответственно, обучается работать только с такого рода объектами. Он абсолютно игнорирует такие аспекты нашей жизни, как мораль, мотивация, самоуважение, доверие, дух коллективизма. Этому ему только предстоит научиться, тем более что мир неосязаемых вещей более значителен, чем материальные объекты. Одной из причин того, что Япония сильное государство в финансовом отношении в том, что она использует неосязаемые, но важные аспекты нашей жизни в то время, как мы продолжаем их игнорировать.
    Япония не имеет своих природных ресурсов для производства национальной продукции. Японским "секретным оружием", благодаря которому ей удастся опережать Запад, являются как раз неосязаемые ресурсы. Японцы опережают в информации, технологиях, импорте как материальных, так и неосязаемых ресурсов. Они разрабатывают более эффективные технологии для того, чтобы производить продукцию более высшего качества, которую продают затем Западу. Ирония заключается в том, что за те деньги, которые они получают за использование своих неосязаемых ресурсов, они покупают сугубо материальные объекты в странах за пределами их собственной. Наши бизнес-лидеры и бизнес-лидеры других западных стран в принципе не понимают, как японцы это делают. И не понимают потому, что сами только обучаются тому, что есть материальные, а что - неосязаемые объекты и как их использовать.
  3. Нация со-зависимых заноз. Все больше и больше людей обвиняют правительство в своих проблемах. И постоянно возрастает количество людей, подающих свои кандидатуры в другие компании в поисках лучшей работы и пакетов программ. Случайно я стал свидетелем ресторанного разговора, когда одна дама злорадствовала по поводу нескольких частных компаний, в которых ей довелось поработать, и как она теперь довольна, что нашла государственную работу с большей оплатой, высокой рентабельностью и меньшими обязанностями. Рассказывая об этом, она была счастлива, т.к. почти невозможно, по ее мнению, получать оплату из правительственного бюджета, как ей это удалось, и теперь она чувствует себя намного более защищенной. А мы удивляемся, почему растут налоги в то время, как мы делаем все меньше и меньше. Каждый ищет место с большей оплатой и меньшим объемом работы.
  4. Образование, которое не дается тому, кто в нем больше всего нуждается. Те, кого часто наказывали за плохую учебу, впоследствии часто попадали в переделки, и в конце концов система начала их игнорировать. Когда им предлагали работу, способную поддержать их на уровне чуть выше прожиточного, их чувство собственной значимости уменьшалось. А когда оно падает, желание и способность работать уменьшаются тоже. Благодаря такой ситуации появились сотни тысяч семей, очень зависимых материально и безо всякой надежды на лучшее будущее. Под влиянием таких обстоятельств возросла преступность. Как сказал Джесси Джексон во время беспорядков 1992 года в Лос-Анжелесе, среда ужасающей нищеты и безнадежности чаще всего приводит к тюрьме. Таким людям нечего терять, и в результате совершения преступления у них, как они считают, появится все необходимое.

- Ты видишь, - сказал я Дэйву, как только он закончил чтение этих параграфов. Как только ты начнешь рассматривать проблему c позиции всех возможных аспектов, ты начнешь понимать, что каждый из нас только выиграл бы, если бы мы начали обучать принципам работы денег.

- Я думаю, я начинаю понимать, куда ты клонишь, - сказал он.

- Ты знаешь, я всегда вспоминаю об одной истории, произошедшей с Генри Фордом, когда говорю с людьми о деньгах и о ценности неосязаемого. Как тебе известно, Форд был мультимиллионером еще в те времена, когда миллион еще был деньгами. Однажды кто-то спросил его о том, что он станет делать, если все потеряет. Он ответил, не задумываясь: "Я все верну меньше, чем за пять лет". Как мог он этого добиться? Он действительно бы мог это сделать потому, что знал, что его истинное богатство не в количестве долларов на его счету, и даже не в наличии заводов и прочих материальных благ, которыми он владеет. Его истинное богатство находится у него между ушей: неосязаемые, невидимые знания о принципах работы денег. Изо всех сфер знаний отсутствует в системе школьного образования именно эта сфера.

До тех пор, пока наша образовательная система не перестанет наказывать за ошибки и до тех пор, пока тему денег не внесут а учебные планы, люди будут продолжать жить, как со-зависимые занозы. Они не будут развиваться и не начнут мыслить до тех пор, пока единственным интересующим их вопросом будет:

- Давайте я заполню ведомость, - Дэйв перебивает и заканчивает за меня. - Где моя зарплата?

- Хорошо, - говорю я. - Где моя зарплата?

6. ЕСЛИ Я ЗНАЮ ОТВЕТЫ НА ВСЕ ВОПРОСЫ, ЗАЧЕМ МНЕ ДУМАТЬ?

Человеческим существам дана левая нога и правая нога, чтобы совершать ошибки сначала с левой, потом с правой, снова левой и далее в том же режиме.
Р. Бакминстер Фуллер

Когда мне было десять лет, со мной произошла история, которую я никогда не забуду. Учительница вернула мне результаты викторины с низкой оценкой. Я был очень удивлен. Оказывается, я неправильно ответил на 10 вопросов из 10. Сейчас я не помню всех вопросов викторины, но один я запомнил. Вопрос был такой: Джанни пошел в магазин, чтобы купить маме муку. В магазине он нашел пакет муки весом в один фунт и стоимостью 35$ и пакет весом в 5 фунтов стоимостью 150 долларов. Какую муку лучше купить?

Я ответил, что было бы желательно, чтобы об обоих пакетах была дана исчерпывающая информация. Я помню, что написал что-то об условиях типа уровни потребления семьи, условий для хранения, так как моя мать несколькими днями раньше выбросила пакет муки, полный жучков, и сколько денег было у Джанни на тот момент. Я даже помню, что гордился собой после окончания теста потому, что чувствовал, что я действительно хорошенько продумал свои ответы.

Учительница так не считала. Хотя она пыталась быть вежливой, выслушивая мои объяснения, ее нетерпение было очевидным. Она встала, показывая на правильный ответ, который четко гласил: правильный ответ - пятикилограммовый пакет и никаких "если", "и" и "но".

Зная, что у меня абсолютно нет шансов, я все же спросил ее, не могу ли я заглянуть в книгу в раздел верных ответов. Как и ожидалось, она ошеломленно посмотрела на меня и сказала: "Не будь глупцом, ведь ты тогда узнаешь все правильные ответы."

"Нет не узнаю", - ответил я: "Потому что моих ответов там нет. Если бы у меня была ваша книга, я смог бы узнать все эти ваши так называемые правильные ответы, но в действительности я бы не узнал ничего. И я бы был как вы!"

Мое последнее замечание быстро положило конец нашей дискуссии. Я был препровожден в директорский кабинет, и был удивлен тем, как меня распекали, не давая вставить ни слова. Что с ними не так, удивлялся я. Неужели они не понимают моей позиции? И уже значительно позднее я понял, что они всего лишь исполняют инструкцию не создавать шума, принимать "правильный" ответ, данный учителем, все запоминать и стремиться получить хорошую оценку. Между тем ко мне приклеился ярлык "дисциплинарная проблема" из-за постоянных вопросов и поисков ответов, ярлык, который следовал за мной все школьные годы.

Когда я пришел домой, затравленный школой, я осмотрительно решил показаться отцу на глаза. К моему удивлению он просто посмотрел на меня и начал смеяться.

"Сын", - сказал он. - "Я слышал о твоем споре. У тебя хорошая голова на плечах. Я рад, что ты используешь ее не только для ношения шляпы".

Это был абсолютный сюрприз. Я думал, я получу хорошую взбучку. Почему бы человеку, который станет главой системы образования штата Гавайи, понадобилось огорчаться из-за дисциплины своего сына? Но как раз тогда, когда я был близок к тому, чтобы открыть свой рот и кое-что сказать, глаза отца стали печальными и железные нотки появились в его тоне.

"К сожалению, сын", -сказал он. - "Учителя должны следовать законам нашей образовательной системы. Требование того, чтобы студент знал только один правильный ответ - основополагающее требование системы. Так намного легче тестировать и оценивать студентов. Учителя не виновны, они всего лишь делали то, чего требовала система."

Оглядываясь назад, я понимаю, что должен благодарить эту учительницу. Этот спор возымел большое влияние на мою последующую жизнь. Я перестал воевать с учителями, но я продолжал задавать вопросы. Возможно, это было частью моего упрямства, но я благодарен судьбе за этот урок. Я стал много читать в поисках ответов на свои вопросы. Эта стычка с учительницей даже научила меня быть более вежливым. Хотя учителя все еще меня боялись.

Несколько лет назад я обсуждал с группой бизнесменов ценность умения задавать точные вопросы. Джентльмен в зале сказал мне, что причина моего особого интереса к постановке вопросов в том, что я с Востока. Это была в основном кавказская аудитория. Я дипломатично предположил, что он должно быть насмотрелся Дэвида Кэрэдина по телевизору, когда этот старый мудрый мастер Кинг-фу задает своим ученикам вопросы типа "Хрэсхоппер, а что значит, когда голубая цапля чешет свой клюв?"

После того, как смех стих, я заметил, что дети всех рас и происхождений очень любят задавать вопросы - часто по теме, раздражающей их родителей. Вопросы рождаются из естественной потребности знать. Родители порой бывают первыми, что разрушает эту любознательность. Дальше она уменьшается с получением формального образования, так как система предполагает наличие готовых ответов, навязываемых ребенку. И в конце концов детская потребность в творчестве бывает уничтожена. Вот почему прохождение ребенка сквозь нашу образовательную систему всегда напоминает мне процесс превращения бабочки в нелепую гусеницу.

Наше общество и в особенности наша образовательная система настаивают на существовании только одного правильного ответа, однозначно убеждая студентов в том, что остальные ответы являются неверными. Это предотвращает потенциальную возможность того, что студент сам начнет задумываться над тем, действительно ли ответ, предложенный системой, единственно верный. К возрасту шестнадцати-семнадцати лет мы становимся полностью убежденными системой в том, что заучивание - это и есть знание. Заучивание - всего лишь слабый заменитель процесса мышления. Всякий раз, когда я спрашиваю аудиторию, что из выученного в школе они помнят и сейчас, поднятые в зале руки свидетельствуют о том, что большинство помнит меньше пяти процентов тех знаний, которые им дала школа. Один психолог, присутствующий в моей аудитории, однажды сказал что все, что средний человек удерживает в голове через много лет после окончания школы, можно было бы преподать ему за три недели.

Когда учитель спрашивает: "Когда Христофор Колумб переплыл синеву океана?" - все учащиеся отвечают: "В 1492 году". Учитель рад тому, что ответ учащихся совпадает с ответом в учебнике, и учащиеся рады тому, что они правильно ответили и знают, что их не накажут за ошибку. Но выучили ли они что-то особенно ценное? И нужно ли было кому-то думать? Нет. В этом и заключается проблема.

Вместо того, чтобы задать вопрос, на который есть один определенный ответ, давайте представим, что учитель задал такой вопрос: "Как Колумб уговорил команду плыть с ним, когда большинство людей в то время верили, что земля плоская и что можно было доплыть до ее края и упасть?" Действительно, этот открытый вопрос не относится к стандартизированному формату "правильно - неправильно", которые предпочитают учителя, но он требует мышления.

Ограничивая размышление студентов о дилемме правильно-неправильно, мы разрушаем их природную любознательность, подавляем энтузиазм и убиваем способность к творчеству. Длительный процесс утилизации собственных способностей провоцируется не только скукой. Причина также в том, что нас обучают быть зависимыми от авторитетов и от их моделей правильного ответа. Это, без сомнения, удерживает студентов от полного раскрытия их потенциала, способного принести жизненный успех.

Важно помнить о том, что учителя не только обучают нас в рамках системы, но и сами являются ее продуктом. Когда я слышу, как учителя жалуются на свои условия работы и низкую зарплату, я задаю им один вопрос: "Почему же вы терпите?" Точный ответ - это: "Потому что я люблю учительскую работу". Мой следующий вопрос такой: "Как вы смогли бы преподавать и зарабатывать больше денег?" И чаще всего ответы такие: "Найти работу с неполным рабочим днем", "Продавать недвижимость" или "Выйти замуж за деньги". Многие шутливо добавляют: "Выиграть в лотерею". Эти ответы я слышал слишком часто и раньше. Редко попадаются оригинальные идеи.

Когда я спрашиваю: "Что бы вы еще, кроме сказанного, могли бы сделать, чтобы зарабатывать больше денег?" - они отвечают: "Это невозможно" или "Не получится".

По мере того, как продолжаются эти беседы, мы начинаем видеть, что настоящая проблема имеет мало общего с выбором, который существует или отсутствует у учителя. На самом деле проблема в неспособности творчески думать и быть изобретательным.

Когда я разговариваю с учителями, я неохотно сообщаю им, что стал финансово независимым благодаря преподаванию - профессии, которую я тоже очень люблю. Когда я все же это говорю, то обычно в ответ вижу застывшие, стеклянные взгляды. Многие из людей, с которыми я беседую, не могу поверить, что можно стать богатым, будучи учителем. Я представляю, что их пустые взгляды сравнимы со стеклянными взглядами, которые они сами часто получают от своих скучающих учеников.

Несколько лет назад у меня была подруга, в колледже которой профессор литературы искренне считал, что только его интерпретация классики является единственно правильной. В результате на своих лекциях он никогда не оставлял времени для дискуссий. Когда класс начал читать "Моби Дика", книгу, за которой даже сам ее автор признавал право быть истолкованной по-разному, наш профессор по-прежнему настаивал, что его интерпретация лучшая и единственно приемлемая. Он предупреждал, что все, кто досконально не выучит его лекций, получат на экзамене плохую отметку. Найдя такой курс скучным и вредным, моя подруга пошла к профессору и попыталась ему объяснить, что требуя от студентов механического заучивания, он по существу не позволяет их мышлению развиваться самостоятельно. Он ответил: "По вашему это не я изучал литературу все восемнадцать лет и могу позволить, чтобы студенты объясняли мне смысл тех или иных произведений?"

Для меня нет сомнений в том, что существуют люди, допускающие единственный вариант правильного ответа. Какая концепция существенно облегчает жизнь, но является довольно поверхностной. Жаль, что в жизни находится парочка непростых вопросов. Таких, например, как: "Кем ты хочешь стать, когда вырастешь?" Привычный ответ таков: "Учителем". А теперь спросите: "Как можно быть учителем, зарабатывающим миллион долларов, преподавая? Этот вопрос требует тщательного нетрадиционного обдумывания, а не механической реакции. Проблема в том, что если вы позволили доктрине современного образования значительно внедриться в ваше восприятие, вы не почувствуете разницы между заучиванием и мышлением.

До тех пор, пока мы четко не разграничим эти два понятия, мы будем продолжать проживать свои жизни, постоянно оглядываясь в поисках "правильного" ответа на вопросы, которые никак этого не предполагают. Конечно, мы знаем многих, кто может быть только себе благодарен за то, что у них есть единственно "правильные" ответы. Их парадигма "Я прав" мешает им отыскать истину. В глазах окружающих они выглядят обычно узколобыми и самоуверенными.

Истинная угроза заключается в том, что, думая что мыслим, мы на самом деле выдаем заученные штампы. Я думаю, что Генри Форд охарактеризовал эту тему полнее, когда сказал: "Думать - самая трудная работа из всех существующих - поэтому так мало людей занимается ею."

Самое печальное, что те, кто всегда "прав", не представляют себе существования нескольких вариантов правильных ответов. Это и неудивительно при наличии нашей системы образования. Проблема в том, что такое мировоззрение ограничивает способность человека приобретать в течение жизни новый опыт. Это как раз те, кто в конце недели немедленно восклицают: "Где моя зарплата?"

Одной из серьезнейших проблем, с которой мы сегодня сталкиваемся, является тот факт, что бизнес-структуры, социальные организации, школы и правительство в большинстве своем состоят из бездарных инертных людей, которые были очень успешны в учебе. Они абсолютно удовлетворяли систему. Они часто признавались интеллектуальной элитой потому, что соглашались идти в ногу с системой. Но мир меняется и заучивание правильных ответов больше не помогает в большинстве случаев. И тем не менее, очень многие по-прежнему их придерживаются несмотря на то, что они являются формальными и устаревшими. Эти "превосходные" лидеры ведут бизнес, правительство и даже собственные семьи к неизбежному краху потому, что не могут мыслить творчески. Они полны чувства собственной значимости, однако в действительности являются примерами трагического краха существующей системы.

Что значительно ухудшает ситуацию, так это тот факт, что многие из этих образцов образования думают, что умеют мыслить. В основном они повторяют услышанные от других идеи. Они - не более, чем роботы, которые записывают и воспроизводят услышанное. Они надежны только в одном - в том, что как сумасшедшие, вращают педали стационарных велосипедов, которые прочно вросли в свои основания и не сдвинулись ни на дюйм со своего места.

Достаточно преуспевающие люди думают, обычно не из школьного опыта, что большинство вещей требуют многостороннего подхода. Они обнаружили, что, принимая в качестве верного единственный ответ, они ограничивают свой потенциал. Многие неудачники застревают в работе, удивляясь, почему им так каждый день не везет, совсем не так, как в школьные годы, когда они в точности выполняли то, что диктовалось системой. Из-за того, что студенты часто слепо впитывают "правильные" ответы, идея изменения системы воспринимается как вызов. Однажды усвоенный урок слепого подражания заставляет людей становиться слишком сдержанными, боящимися спросить о чем-либо своих начальников.

И последнее, - наша образовательная система диктует студентам, а не поддерживает в них способность самостоятельно мыслить. Она требует, чтобы они запоминали то, что нужно системе, вместо того, чтобы обучать их решению собственных проблем и развивать врожденные творческие способности. Говоря другими словами, заимствованными из древней притчи, она снабжает рыбой, а не навыком ее ловли. Это означает существование миллионов интеллигентных людей, имеющих все правильные ответы и не умеющих думать. Как результат, они оказываются загнанными в эмоциональную, профессиональную и финансовую ловушку.

Система ворует у них их способность думать.

Хорошие новости заключаются в том, что в силах каждого из нас изменить это положение. Такое изменение может начаться с мужественного отказа от уроков, усвоенных в прошлом и допущении мысли о том, что правильных ответов может быть несколько. В качестве напутствия я хочу напомнить слова Бакминстера Фуллера, с которыми я полностью согласен и с которых начал эту главу: "Человеческим существам была дана левая нога и правая нога, чтобы идти не туда с левой ноги, затем с правой, затем снова с левой и дальше в том же режиме".

Часть 1 | Часть 2 | Часть 3